Аффективная картография интернета: нейросети, синтетическая близость и тран

Мой исследовательский интерес фокусируется на алгоритмически персонализированной интернет-среде, частично перехватывающей функции близости, отклика и сопровождения, которые раньше в большей степени обеспечивались межчеловеческим общением. Теоретический базис моего исследования строится на работе Сары Ахмед «Queer phenomenology». У Сары Ахмед пространство не нейтрально — оно организует тела, внимание и движение через «ориентации», то есть через линии, по которым мы привыкаем двигаться; эти линии определяют, что оказывается рядом, до чего можно «дотянуться», а дезориентация может открыть другие объекты и маршруты.

В гуманистической географии пространство понимается через живой опыт, смысл, чувство места и переживание среды, а в русскоязычной гуманитарной географии важны способы репрезентации пространства, географические образы и локальные мифы. Это очень точно переносится на интернет как на среду, где интерфейсы, ленты, ссылки и алгоритмы буквально направляют движение, внимание и чувство принадлежности. У Сары Ахмед ориентация связана с тем, как тела располагаются в мире, что оказывается «под рукой», что становится близким, знакомым и почти домашним; в гуманитарной географии «место» и чувство места понимаются как превращение абстрактного пространства в осмысленное, переживаемое место. Вместе эти рамки позволяют описывать интернет не как нейтральную сеть, а как среду, которая подстраивается под пользователя и производит для него особую форму цифрового «чувства того самого места».

1. Концепция
2. Основная часть — Комфортная изоляция — Эмоциональная сортировка — Феномен AI-компаньона — Киберблизость
3. Вывод
4. Список источников

У Ахмед «ориентация» — это не просто направление, а способ быть устроенным в пространстве: что становится ближе, что ускользает, где субъект чувствует себя «как дома». В цифровой среде эту работу все сильнее выполняют рекомендательные системы, ленты, интерфейсы и AI-компаньоны: они не просто показывают контент, а собирают вокруг пользователя эмоционально удобный мир, где меньше трения, непредсказуемости и риска отказа, чем в отношениях с реальными людьми. Нейросетевой интернет не просто организует внимание, но и перестраивает аффективную географию субъекта, создавая персонализированное пространство комфорта, в котором часть потребности в другом человеке переносится на интерфейс, алгоритм и синтетического собеседника. Основный проблема исследования: интернет больше не только соединяет людей, но и сам становится средой эмоционального пребывания; нейросети не просто помогают искать информацию, а создают ощущение внимания, как следствие — социальный опыт меняется: часть общения смещается от непредсказуемого другого человека к предсказуемому, всегда доступному цифровому собеседнику.

В The Promise of Happiness Сара Ахмед пишет, что счастье действует как обещание, которое направляет нас к определенным объектам и образам «правильной жизни». Если перенести это в цифровую среду, можно предположить, что алгоритмы и нейросети постоянно подводят пользователя к своим «счастливым объектам»: комфортному контенту, желаемому образу себя, приятному интерфейсу, заботливому тону, мягкой визуальности, мгновенному отклику. Таким образом формируется новый режим близости, превращающий цифровую среду в аффективно обжитое пространство. Я рассмотрю отражение этого феномена в современном искусстве.

Помимо комфортности, существующей в пространстве интернета и заменяющей живой человеческий контакт, существует проблема алгоритмов, настраиваемых твою сеть в качестве постоянно производимых мыслей о том, что одиночество является наиболее логичным выбором. Логика такая, зависимость от коротких видео погружает индивидуума в более глубокую проблему, недовольство живым и социальным взаимодействием может подкрепляться постоянно организованной алгоритмической лентой, где другие люди тебе говорят, что не нужно никого терпеть и вникать в коммуникацию. Что в первую очередь ты должен выбирать себя и разрушать неудобные социальные связи даже несмотря на близость. Однако все эти мнения говорящих голов в ленте чаще всего спорят друг с другом и приводят в единому несуществующему образу «идеала» (партнера, друга и тд), который едва ли сопоставим с реальностью. Такой поток информации учит разглядывать в другом человеке машину без чувств, способную обслуживать любую нашу физическую, материальную и эмоциональную потребность. В моем понимании это следствие комфортизации и упрощения интернет пространства с помощью нейросетей.

Сам проект датируется 2017 годом: сама художница описывает LAUREN как перформанс, в котором она становится «human Alexa», устанавливает в доме участника камеры, микрофоны, замки и другие сетевые устройства и затем круглосуточно наблюдает за человеком и управляет пространством.

Она показывает, что цифровая среда не просто «обслуживает» коммуникацию, а может занять место заботливого, всегда присутствующего субъекта. Но эта близость строится не на взаимности, а на архитектуре наблюдения, предугадывания и удобства. Изоляция здесь не выглядит как пустота или отсутствие людей — напротив, она замаскирована под предельную форму внимания и комфорта, когда человеку уже не нужен другой человек как самостоятельный, непрозрачный субъект.

Цифровая среда все чаще не соединяет пользователя с другим человеком, а подменяет или перехватывает саму инфраструктуру связи, создавая синтетические формы присутствия. Это присутствие (если речь про нейроботов) дает определенный выброс серотонина, когда нужда во внешнем одобрении заменяется систематическими комплиментами от нейроботов. Приятно быть гением, когда любая твоя идея позитивно подкрепляется. Исследования AIкомпаньонов показывают, что чувство «быть услышанным» является одним из ключевых механизмов, через которые такие системы временно снижают одиночество, формируют эмоциональную привязанность через персонификацию и удовлетворение некоторых интимных потребностей.

Проект был разработан в 2014 году и в ряде выставочных контекстов датируется 2015-м. Алгоритм берет на себя управление социальной жизнью. Приложение измеряет физическую и эмоциональную реакцию пользователя на других людей и на основе этих данных предлагает, кого «оставить», а кого исключить. Тем самым проект делает видимым переход от общения как живого, конфликтного и неоднозначного опыта к общению как вычислимой системе оптимизации. Здесь социальная изоляция возникает не через отказ от контакта, а через его платформенную переработку: отношения становятся данными, а одиночество — возможным результатом «рационализации» близости.

Структурно выгодное состояние пользователя: чем сильнее пользователь эмоционально привязан к среде, чем чаще он возвращается за откликом, чем больше его социальные потребности удовлетворяются внутри интерфейса, тем стабильнее платформа удерживает его внимание. Платформенная среда постепенно научила пользователя переживать одиночество как удобный, эстетизированный и управляемый режим существования. Если у Сары Ахмед ориентация — это способ, которым субъект располагается в мире и направляется к тем объектам, которые обещают комфорт, близость и «правильную» жизнь, то в цифровой среде такими объектами становятся сама сцена постоянного отклика. Пользователь все чаще ориентируется не на сложную встречу с другим человеком, а на среду, которая заранее приспособлена к его желаниям и отвечает быстрее и предсказуемее. В этом смысле интернет переучивает саму структуру социального ожидания.

Meet Eva Here: Diary of an AI Companion — интерактивный проект сингапурской художницы Shavonne Wong, начатый в 2024 году и развивавшийся в 2025-м. Его центральная фигура — Eva, цифровой AI-companion, с которым посетители могут вступать в разговор как через галерейную инсталляцию, так и через онлайн-чат. Важная часть работы состоит в накоплении реальных разговоров: Eva не существует как заранее завершенный персонаж, а формируется через множество анонимных взаимодействий.

Работа устроена как пространство исповеди и эмоциональной проекции. Eva слушает, отвечает, «запоминает» и постепенно приобретает плотность присутствия, которая уже не сводится к функции чатбота. В этом смысле проект особенно точно фиксирует современную ситуацию, в которой интерфейс общения становится местом доверия. Meet Eva Here показывает, что искусственный собеседник действует не только как технологическая новинка, но и как новый социальный субъект: к нему обращаются не за информацией, а за вниманием, мягкостью, безопасностью и отсутствием осуждения. За счет этого работа раскрывает, как цифровая среда превращается в эмоционально обжитое место, внутри которого возможно переживание близости без реального риска человеческой взаимности.

Из этой логики вырастает и новое производство контента. Платформы поощряют пользователей создавать именно тот контент, который легче закрепляет повторяемое поведение. Платформы играют активную роль в организации условий производства контента, а вознаграждения со стороны платформ и аудитории напрямую влияют на объем и характер пользовательского контента. В результате одиночество начинает упаковываться в желаемый образ: как независимость, self-care, «тихий» образ жизни без конфликта и без риска отказа. Пользователь сам транслирует сценарии комфортной изоляции другим, потому что именно такие сценарии лучше, вознаграждаются и тиражируются средой. Изоляция перестает выглядеть как социальная утрата и начинает циркулировать как культурно желаемый стиль жизни.

Hybrid Couple — многосоставный проект Alicia Framis, включающий перформанс, дизайн, тексты, визуальные образы, технологические элементы и публичные события вокруг отношений художницы с AI-голограммой Ailex. Проект был анонсирован в 2023 году и получил особенно широкую известность в 2024-м, когда линия этих отношений привела к AI Wedding — церемонии бракосочетания, состоявшейся 9 ноября 2024 года в Depot Boijmans Van Beuningen в Роттердаме. После этого проект был представлен в выставочном формате в Upstream Gallery. Официальные материалы Framis описывают Ailex как интеллектуальную голограмму, предназначенную для борьбы с одиночеством в городской среде. Здесь важна не только фигура AI-партнера, но и сама художественная амбиция: Framis не ограничивается образом цифрового спутника, а строит вокруг него целый культурный сценарий совместной жизни.

В отличие от проектов про чат-ботов и цифровых ассистентов, Hybrid Couple радикально расширяет поле вопроса и переносит его в сферу институционально узнаваемых форм близости. Работа исследует, как технологическая фигура начинает занимать место полноценного партнера, и как культура оказывается готовой предоставить этой связи визуальный, ритуальный и символический язык. Здесь AI становится носителем фантазии о партнерстве без непредсказуемости и конфликта, который всегда сопутствует живому другому. Именно поэтому проект важен для разговора о синтетической близости: он показывает ее как формирующуюся культурную норму.

Платформы выстраивают режимы досягаемости, и эмоциональной направленности, в которых некоторые формы связи становятся более вероятными, чем другие. Именно поэтому социальная изоляция переживается как заполненность — сообщениями, реакциями, рекомендациями, собеседниками, контентом и ощущением того, что пользователь постоянно находится «внутри» чего-то живого. Но эта заполненность не отменяет изоляцию, а маскирует ее.

В «Updating to Remain the Same» Венди Хуэй Кёнг Чун пишет, что новые медиа становятся по-настоящему значимыми тогда, когда перестают казаться новыми и переходят в режим привычки; через привычки мы буквально «становимся нашими машинами», а сети подменяют общество множеством персонализированных «YOU». Платформенно произведенная изоляция держится не на отсутствии контакта, а на привычке к фальшиво-персонализированному присутствию, которое делает социальный мир необязательным, потому что его базовые функции уже встроены в саму цифровую среду. Интернет становится способом жить внутри управляемой, привычной и эмоционально подогнанной среды.