Бытовые локация в российском кинематографе 90-х

Девяностые в России имеют свою специфическую славу внутри страны. Отношение к данному периоду может абсолютно различным — романтизированным или демонизированным. Поколения, которые не застали это время даже формально, в младенческом возрасте, все равно ознакомлены с общим представлением, образом данного времени. И оно настолько популярно, что выходят современные фильмы, обращающеюся к данному сеттингу. Однако, что вообще представляет сеттинг 90-х, если мы исключим сюжеты фильмов и персонажей с криминальным паттерном поведения? Останутся локации, в которые режиссеру необходимо вдохнуть настроение времени. Сделать это без слов, одним визуалом сложно, поэтому интересно будет проследить, как с этим справлялись на практике.

В данном исследовании мне бы хотелось проследить, как в кинематографе 90-х были показаны бытовые, обыденные локации. Как использовались камера, свет и цвет, композиция? Банально, какие атрибуты, части декораций, были необходимы для передачи атмосферы. В какой финальный образ складывалась картинка?

Так как у меня так же есть свое общее представление об образе 90-х, а именно, как о мрачном, криминальном и холодном периоде, я предполагаю, что именно таким образом виделась режиссерам действительность их времени, поэтому если герой живет в России в данной период, то реальность будет выглядит соответствующе. Поэтому все локации — общественные пространства будут показывать эти стороны жизни — мрачную, грязную и тяжелую или, наоборот, яркую, помпезную и богатую для криминализированных слоев общества. Будут ли нейтральные пространства и чем они отличаются — так же необходимо выяснить.

При отборе визуального материала я опиралась на известный популярный российский кинематограф 90-х. О данном периоде есть и современные фильмы, как сказано выше, тем не менее, они не были включены в исследование. Это вовсе не значит, что эти фильмы хуже, ведь их могли снимать люди, непосредственно живущие в 90-х. Причина, по которой они были отложены в том, что специфическая репутация «лихих 90-х» не может не влиять на авторов фильма, поэтому реальность может сильно искажаться со временем. Особенно в плане отображения быта, по моему мнению, с фактической точки зрения или эмоциональной (отношение людей к их повседневной жизни) достовернее будут фильмы этого же периода времени. Я не отрицаю того факта, что это кино не может не искажать реальность, романтизировать какие-то моменты, приукрашивать что-то, но такие фильмы, будучи срезом эпохи, в том числе показывают отношение обычных людей на реальность и их понимание ее, именно это я имею в виду под достоверностью с «эмоциональной точки зрения». Этим обоснована выборка фильмов определенного периода с 1991 по 1999.

Говоря об выборе и анализе текстовых источников, так как тема достаточно узкая целью было найти необходимые статьи, исследующие образ города в российском кинематографе 90-х, атмосферу и другие особенности, связанные с визуалом локации или предоставляющие необходимый контекст. В некоторых случаях я обращалась к статьям по конкретному фильму или режиссеру.

Предметом исследования являются бытовые локации, поэтому именном по ним выстроена рубрикация. Я собрала наиболее повторяющиеся, в каком-то смысле культовые сцены, находящиеся в разных фильмах, чтобы найти сходства и различия, составить финальный образ той или иной локации, выстроить ассоциации.

Открывает исследование не самая конкретная локация, которую в целом сложно назвать таковой. Улица — это переходная точка от дома до какого-то места — магазина, школы, ресторана и так далее. Часто герои просто прогуливаются по ней и такие сцены, казалось бы, можно было сократить. Например, начальные сцены фильма «Брат», где герой Даниил Багров просто исследует новый город.

Тем не менее эти сцены есть, и режиссер хочет, чтобы мы познакомились с жизнью города не только через сюжет, но и через визуал, который стремится быть максимально естественным.

В начале фильма, когда мы еще только знакомимся с новым городом, улицы кажутся относительно безопасными. Даниил рассматривает местные здания, набережную, достопримечательности — все это «красивая сторона города». Однако кадры не выглядит оптимистичными или помпезными, под стать величию построек: пасмурная погода, съёмка на пленку, маленький Багров на фоне большого города влияют на восприятие. На улицах даже если и есть люди, то все они заняты своими делами.

Но улица не только статичное фоновое пространство, но и активное, здесь так же происходят события, а за пафосными постройками центра стоят обычные пошарпанные дома, где Багров будет появляется гораздо чаще.

Настроение при этом остается все тем же. Меланхоличность чувствуется и при «культурной части города» и на той стороне, где происходят преступления, находятся маргинализированные слои общества.

Причем такое понимание улиц Питера в фильме Балабанова — достаточно популярное мнение, при этом не имеющее негативную окраску, скорее романтизированную. В социальных сетях подобная мрачность нравится людям, так как они являются по-своему «аутентичными и особенными» (Гашенко А. Е. 2019.) (3). В целом, этот образ улиц очень сильно соотносится у людей с представлением о «лихих девяностых».

Слегка иначе выглядит интерпретация уличного пространства у Станислава Говорухина в фильме «Ворошиловский стрелок». Первые титровые кадры показывают довольно безопасный двор — дети гуляют, взрослые играют в настольные игры за столом, погода солнечная, а на улице лето.

Ключевое преступление здесь происходят за закрытыми дверьми, но о не благополучности компании, совершивших это, есть кадры и за пределами дома. Негативные персонажи не контролируют себя «в обществе»: позволяют себе громко слушать музыку и пить. При этом они не скрываются в подъездах и подворотнях, а находятся в том же месте, где и обычные люди. Однако камера всегда фокусируется на их аморальном поведении, призывает заметить это.

Некая неоднозначность есть и в фильме «Окно в Париж»: образ одной и той же улицы в начале и в конце фильма преображается. В целом город зачастую связан с состоянием героя. Мрачные стороны улиц не отрицаются, но при этом городское пространство не кажется безнадежным.

В «Стране глухих» девушкам часто приходится прятаться и убегать на улицах города. Но в целом городское пространство может показываться, как достаточно безопасное, когда девушки в людном месте или в компании.

Еще одна локация схожая по уровню обыденности с улицей — транспорт. Отдельно я выделяю именно вокзалы, так как они наиболее очевидно демонстрируют старт пути героя, переломный момент. Но не только функционально, но визуально локации имеют отличия перед объективом, о чем далее.

Стоит начать с более общими случаями — транспортом в целом. В отечественном кинематографе 90-х, если мы видим сцены в машине или в общественном транспорте, то с точки зрения сюжета они довольно часто связаны с криминальной деятельностью, что подчеркивается и визуально. Пространство и в реальном транспорте совсем небольшое, но в фильмах оно намеренно сужается до главных героев. В «Брате» есть примеры, когда зритель отчетливо видит эмоции персонажей и, наоборот, камера показывает персонажей со спины. В транспорте в руках героев часто оказываются оружие, сигареты или они говорят по телефону с сомнительными персонами. Иногда транспорты задействуются в перестрелках, для слежки, диалогов, связанных с криминалом, или, наоборот, становятся укрытием.

В этом плане особенно выделяется яхта-казино из «Страны глухих». Здесь проходят сомнительные события, которые прямо портят жизнь героям и в физическом, и в финансовом планах.

При этом яхта достаточно открыто заявляет о себе — на ней красуется надпись большими буквами — «КАЗИНО». Что-то злое не прячется, не скрывается, оно даже подчеркивается тем фактом, что концентрируется на яхте — признаке роскошной жизни.

Вокзалы в этом плане отличаются. В кинематографе часто повторяются две сцена с этой локацией — толпы людей с главным героем среди них и прибытие / отъезд поезда. В целом, они кажутся достаточно нормальными — не показываются, как обездоленная часть города. Обычно в кадре больше количество активных суетящихся людей, с которыми главный герой сливается.

Транспорт и улица, как подчеркивалось выше, пространства переходные. Если их показывают, то они очевидно создаются, чтобы подчеркнуть особенность в повседневности, от того интересно, что зачастую они связаны с криминалом, ведь, в отличие от различных «увеселительных пространств», они кажутся безопасными.

Клубы, бары, рестораны и забегаловки, казино в фильмах 90-х практически всегда демонстрируют грязную сторону жизни. Зачастую героями таких локаций становится криминальные авторитеты и преступники в костюмах или темной одежде.

Если говорить о конкретных примерах, то в фильме «Восемь с половиной долларов» главный герой, Гера Кремов, именно в баре / ресторане знакомится с человеком из преступного мира (Федор) и стремится договорится с ним о фильме.

Нам редко показывают кадры, охватывающие большие пространства, поэтому детали интерьера увидеть сложно. Камера практически всегда сосредоточена на небольшой группе людей, ведущей диалог. Конечно, на фоне будут толпы людей, герои не одни в помещении, но обстановка от этого не становится менее камерной. На многих кадрах вы не увидите лица массовки, а свет (например, споты у бара) или композиция (круглая форма стойки) ведет к действующим лицам.

Особенно выделяются в подобных местах девушки. На фоне своих спутников, в этом же фильме, девушки выглядят гораздо ярче и экстравагантнее. Вообще их эмоциям в подобной обстановке довольно часто уделяется внимание, героини могут быть второстепенными, и, тем не менее, им практически всегда даётся время, чтобы выдать эмоции в кадре. Как правило, они несчастны и выступают спутницами мужчин.

Возвращаясь к фильму «Восемь с половиной долларов», Гера и Федор еще раз встретятся, но уже в клубе. Яркий свет, акцент на танцы и музыку делают обстановку чуть более безобидной, однако подозрительный разговор главных действующих лиц все еще происходит здесь.

В «Брате» так же есть сцена в клубе. В целом с точки зрения визуала локация не кажется криминальной. Здесь герои не выглядят лишним преступным элементом, хотя у Кэт и Данилы есть определенный бэкграунд.

Казино из «Страны глухих» ранее уже упоминалось, так как именно оно расположено на яхте. Здесь есть некоторые различия в образах, например, главная героиня Рита выглядит достаточно буднично, однако сам факт ее наличия в данном месте автоматически тянет к ней взгляд. Актриса при этом довольно ярко выражает эмоции.

Говоря об внешней обстановке, казино из этого фильма делит пространство с помощью ширм. Такой экзотический элемент с учетом контекста того времени наполняет пространство элементом роскоши. Агрессивный красный цвет вызывает ощущение напряжения и не уюта.

Камера стоит так, чтобы мы видели не только Алешу и Риту, но и девушку на заднем плане, которую зовут Яя. Вступительная сцена знакомит зрителей с ней, как с участником картины, поэтому, когда мы еще раз видим эту героиню, она не воспринимается фоновой. Не говоря уже о том, что она намеренно подсвечивается софитом, в отличие от Алеши и Риты, активно двигается. Яя, элементы интерьера, ключевой цвет, контекст — работают все цело на образ локации, как на опасное и отчуждённое место.

Существует некоторая разница и в отображении локаций для покупок. Она заметна в представлении рынков и магазинов, хотя функционально эти локации схожи, визуально они воспринимаются по-разному.

Рынки в «Брате» и «Ворошиловском стрелке» — это тесные скопления лавочек и большие толпы людей. В этих фильмах есть несколько параллельных кадров: 1. криминальная часть рынка, 2. продукция, 3. подозрительные диалоги в тени. С точки зрения визуала, они, конечно же, разные. Однако суть одна, возникает один и тот же образ.

Магазины, тем не менее, гораздо чище и в буквальном, и в переносном смысле. Конечно, тут могут быть грубые продавцы, как в «Брате», или сомнительная продукция (оружейный магазин в «Ворошиловском» стрелке), но образ остаётся достаточно обыденным и безопасным для героя.

Кадр обычно концентрируется на персонажах, а не на продукции или интерьере.

В «Брате» при этом есть одна особенность в демонстрации таких локаций. Когда Данила хочет приобрести диск с музыкой — зритель вместе с ним, внутри помещения, в иных случаях — он снаружи.

Это можно интерпретировать так, будто мы знакомимся с душой героя, когда он покупает, что ему действительно важно. Однако локации для модного преображения не так соотносятся с ним, поэтому зритель находится дальше от героя и смотрит на него через стекло.

Если рынок — опасное, криминализированное пространство, то магазин — относительно спокоен и стабилен. В действительности второй, так же может оказаться местом действия преступления, как и рынки могут быть фоновыми и обычными будничными локациями.

В «Стране глухих», например, рынок вообще фоновая локация, а магазин — место сближения двух подруг.

Тем не менее, рынок всегда связан с бедными слоями населения. Они никогда не представляются парадным или особенно ярким образом.

Следующая локация так же имеет свой нейтральный и практический смысл. Лестничная клетка буквально может быть пространством между порогом и квартирой. Если концертироваться на ней в таком контексте, то здесь подчеркивается, что герою нет места внутри.

Однако гораздо чаще здесь происходят преступления, погони или конфликты. Во многих фильмах действует один и тот же паттерн: герой движется к двери, далее видит, кто за дверью, следующий кадр — реакция героя. Это чаще всего неудачные или неприятные встречи.

При этом сцены различаются по тону. События те же, но у Константинопольского сцена гораздо больше пронизана юмором, эмоции героев почти карикатурны. В этом плане сцена Балабанова гораздо мрачнее и по игре, и по цвету, и сам подъезд мрачнее, дверь открывается неуверенно, совсем чуть-чуть. У Говорухина картинка гораздо более будничная, кадр не такой узкий, тот же самый подъезд даже на заднем плане выглядит намного повседневное и безопаснее.

Паттерн может нарушаться, например, показывая реакцию не главно-действующего лица, а другого персонажа или сразу переходить к смене обстановки или сцены в целом

Так называемая «засада» может случится не только у квартиры, но и в целом подъезде. Также оно может стать локацией, где происходит погоня.

Получается, замкнутые пространства подъездов с удивительной частостью связываются с преступлениями или насилием в целом. На руку здесь играет тусклый свет, который мешает идентификации людей, что вызывает дискомфорт.

Говоря о бытовых локациях, сложно упустить наиболее тесно связанное с повседневностью — жилые помещения. Это наиболее дуальная локация по своей сути.

Жилые помещения могут служить и маргинальным личностям, что можно показать несколькими путями: 1. крайняя степень необжитости, когда дом больше походит на заброшенное помещение, в котором из мебели стул да матрас, 2. обшарпанность, грязь, старый ремонт и все, что свидетельствует о бедности местных жителей, 3. противоположная ситуация, интерьер демонстрирующий статус и богатство.

При этом, у «жилища-угрозы», как правило, есть противоположное место, оно может быть необычным, как в «Стране глухих» — творческая мастерская скульптура, ставшая домом для девушек, или квартира изначально была и является безопасной, в таком случае она не проходит типичные критерии домов с плачевной ситуацией — дом выглядит достаточно «нормально», без излишний роскоши, но и без очевидных лишений.

Общежитие так же может быть полноценным домом. В фильме «Все будет хорошо» относительно мрачно выглядят разве что захламлённые узкие коридоры, однако жилые комнаты достаточно обжиты и нейтральны, свидетельствует об образе жизни персонажей. В целом акцент на мрачности и бедности здесь не стоит и не заявляется.

Коммунальная квартира в «Окне в Париж» хотя и выглядит достаточно мрачно на первый взгляд — захламленность, тусклый свет, но при этом здесь есть музыкальные инструменты в том или ином виде — это не совсем «пропащее место».

В ходом сюжета героям нередко приходится посещать офисное пространство для решения своих проблем. Кабинеты могут принадлежать людям разного социального и должностного положения — полиция, мелкие конторы, опять же криминальные авторитеты с их фирмами.

В «Ворошиловском стрелке» зрители вместе с героями посещают сразу 3 кабинета. Кадры ниже — кабинеты, связанные с людьми из силовых структур. Положительный персонаж находится в конфликте с ними. В сцене с пострадавшей девушкой, Катей, следователь оказывает на нее давление в даче показаний, параллельно он подходит к окну. Этот ослепляющий уличный свет визуально похож на фонарик при допросе. Кроме того, он как бы возвышается над героиней, а его вольная прогулка по кабинету показывает, что он явно находится в более высоком положении. Специфических деталей интерьера при этом в кабине нет, все пространство занимает один большой стол, который делит кадр на две стороны.

Другая сцена, когда дедушка пострадавшей услышал о закрытии дела несколько отличается. В кабинете находится всего одно должностное лицо, несмотря на размеры комнаты и стол рядом для нескольких персон, мебель лаковая, обстановка достаточно внушительная, не такая тесная. На Ивана Федоровича не удалось надавить и убедить в закрытии дела, он свободно двигается и продвигает свою позицию. И с точки зрения нарратива, и пространство на него не производится давление.

Следующий кабинет (финансовой конторы) не так интересно противопоставлять. Он тесный и маленький, но в этот раз относительно расслабленную позицию держит Иван Федорович. Акцент снова на столе, который делит пространство на две стороны, но герои находятся на одном уровне, между ними не конфликт, а переговоры. При этом ракурс намеренно снижен, как если бы мы сидели с ними за одним столом — это способствует деловой обстановке. Причем если сторона работника более профессиональная и серьезная — шкафы, набитые книгами и бумагами, то у стрелка кажется более одомашненной с телевизором и растением. Калькулятор так же находится на его стороне, так как сейчас он рассчитывает свой план.

Кабинет сутенеров из страны глухих при этом куда менее формальный, он захламлён различными предметами и кричит о своей связи с миром проституции (плакаты девушек на стенах).

Наконец, кабинет Федора из «Восемь с половиной долларов», он так же достаточно неформально выглядит, свободный и наполнен большим количеством элементов роскоши: картины, золотые статуэтки, цветы, кожаная мебель. Персонажи разговаривают здесь максимально поодаль друг от друга.

Когда я начинала данное исследование, первыми бытовыми пространствами, которые приходили мне на ум были — жилые помещения, учебные заведения, магазины, улицы. Неожиданно для себя я открыла то, насколько часто режиссеры в фильмах 90-х используют те же лестничные клетки или кабинеты должностных лиц — не самые очевидные локации. Мне показалось, что это достаточно красноречиво говорить о проблемах того времени.

Принято считать, что фоны способны раскрывать персонажей, однако в исследовании стало ясно, что дело не только в одних конкретных персонажах (как например, в кабинете Федора или магазины в «Брате»), но и в целом в восприятии действительности того время. Я особенно ясно вижу, как в фильмах почти панически режиссеры обращают внимания на различные детали в локациях, чтобы показать, что за безопасной картинкой что-то скрывается. Локации говорят о статусе человека, поддерживают ужас криминальной реальности, когда происходят в обычных общественных местах, выражают состояние человека. Причем с точки зрения визуала нельзя отделать локацию от композиции кадра, так как одно место можно показать абсолютно по-разному. Режиссеры часто сокращают пространство локации, чтобы, например, придать разговору героев закрытости, или, наоборот, освобождают его, дав персонажу возможность дышать в том или ином месте.

Я так же хочу отметить тот факт, что локации — копии реального мира, которые в этом же реальном мире имеют определенные ассоциации и контекст. То, какая локация была подобрана для той или иной сцены может говорить в том числе о действительности, связанной с этим местом. Конечно, далеко не в каждой машине найдешь пистолет и там же заведешь разговоры об убийстве, но эти сцены есть и их достаточно много, чтобы понять, что они появились не из пустого места, даже если это не буквальная интерпретация, а, например, обобщенная, условно: «никогда не знаешь, что происходит за закрытыми дверями у других людей», свидетельствующем об общем настрое в городе.