«des fossiles en mouvement [… qui combinent l’énergie présente du geste avec l’énergie ancienne de la mémoire […] et la survivance d’un éternel retour»
(«движущиеся окаменелости […] которые соединяют актуальную энергию жеста с древнеи энергией памяти… и выживание вечного возвращения»)
с детства меня завораживали наскальные рисунки, особенно отпечатки ладоней, которые оставляли наши предки. эти образы создают уникальную связь между прошлым и настоящим, выступая как физические следы тех, кого больше нет.
философ ханс ульрих гумбрехт в «производстве присутствия» утверждает, что вещи влияют не только через смысл, но и благодаря телесной осязаемости. визуальные образы, как отпечатки ладоней, воспринимаются не просто как изображения, а как фрагменты телесного опыта других. эти временные разрывы соединяют прошлое с настоящим, создавая особую энергию, о чём писал Диди-Юберман.
серия представляет собой керамику, где смысл отступает, а главным становится материальное событие. глина фиксирует настоящее: давление пальцев, вращение круга, микрорельеф жеста — то, что не переводится в сообщение, но остаётся на поверхности как след. драгоценный камень введён не как декор и не как знак статуса, а как инородная плотность времени: геологическая память, сжатая до точки контакта. предмет «коммуницирует» телом: он не столько означает, сколько действует.
