Как может быть связан мир фотографии Элейн Константин и полотна постимпрессионистов?
Практически до середины XX века фотография не считалась как таковым самостоятельным и полноценным видом изобразительного искусства С момента технического появления, в первой половине XIX века, а именно в 1822 году, она воспринималась лишь как способ практически безэмоционально запечатлеть реальность в статичности, аналогично портрету, пейзажу и так далее.
С развитием технологий, к концу XIX века, фотография становится неотъемлемой частью в визуальной коммуникации. Фото занимает значительную роль в коммерческой сфере, в особенности, в рекламе, но всё же общественность, по большей степени — художественная, продолжает воспринимать направление, как нечто вспомогательное, к слову, ни что больше, чем «инструмент». То есть роль фото в плане социальной необходимости, бесспорно, возрастает, поскольку появляется запрос на качественный новаторский взгляд в ряду таких обыденный вещей, как афиши, объявления и упаковка продукции.
Хотя уже и на этом этапе, дабы освободиться от клише «бездушности», статичности, фотографы начинают прибегать к различным способам «оживления». Например, к созданию коллажей из нескольких снимков или комбинированной печати.
Позже, в 20-е годы XX века, под влиянием авангардной живописи, образуются модернистские, а после — постмодернистские течения. Фотография теперь рассматривается не с привычной «человеческой» точки зрения, а, напротив, сравнивается в восприятии с чем-то более похожим на самостоятельное искусство.
Так и проходит время, технологии развиваются, мастерство фотографов возрастает, а в обществе говорят о фотографии в порядке вещей. Некогда тенденция постепенно «вливается» в повседневность.
Появляется «фешн-фотография», как явление. В 1920-1930-е журналы Vogue и Harper’s Bazaar активно развивают и становятся лидерами в мире модной фотографии. Позднее, в послевоенные годы происходит переосмысление этого понятия, а уже на 1950-1960-е приходится полноценный его «рассвет».
К 1980-1990-м годам к фешн-фотографии подходят с различными новаторскими вводными. К примеру, работы знакового фотографа Хельмута Ньютона.
И с одной стороны, фотография развивается как самостоятельный вид изобразительного искусства, происходит естественное преобразование в положительном ключе, собственно, как люди, горящие этим ремеслом и воображали об этом 50-100 лет назад.
Но если в конце XIX — начале XX веков фото, в ключе искусства отрицали за отсутствие динамики, то, бесспорно, к 1980-м движение стало чуть ли ни основной характерной для этого времени манерой.
И тут возникает вопрос: если физически свобода в фотографии достигнута, то касается ли это метафорической свободы?
Да, теперь в фотографии присутствует движение. Да, преобладает динамика. И, да, бесспорно, мы видим прогресс.
Но в этих ли чрезмерно «правильных» чертах лица свобода? Может ли снимок, выстроенный мужчиной по его собственным канонам «раскованности», действительно передавать подлинную раскованность? В этом ли телосложении настоящая воля? В этих ли рамках красота?
Элейн Константин — фотограф выходящая за все возможные рамки «идеальной» глянцевой фотографии 90-х.
Она никогда не стремилась подражать глянцу, именно за это её так полюбили. На фотографиях — искренность, характер, а вот внешность занимает далеко не первое место.
Элейн Константин, «Чайка», 1997
Мне нравится идея свободы и непринужденности — это противоположность идеальному образу, к которому стремятся многие модные дома и который часто превращает людей в товар первой необходимости.
Недавно в письмах великого постимрессиониста Винсента Ван Гога к его брату Тео я прочла:
Художник волен преувеличивать, создавать… натуру более прекрасную, более незамысловатую, более утешительную, чем мы сами…
Свое утверждение великий голландец базировал на философии творчества Ги де Мопассана, которую он излагает в предисловии к роману «Пьер и Жан»: «Вместо того чтобы пространно объяснять душевное состояние какого-нибудь персонажа, объективные писатели ищут тот поступок или жест, который неизбежно будет сделан человеком в определенном душевном состоянии, при определенных обстоятельствах Они заставляют героя вести себя с начала и до конца книги таким образом, чтобы все его поступки, все его порывы являлись отражением его внутренней природы, отражением его мыслей, желаний или сомнений. Они, следовательно, скрывают психологию, вместо того чтобы выставлять ее напоказ, и делают из нее остов произведения, подобный тем невидимым глазу костям, которые составляют скелет человеческого тела. Художник, рисуя наш портрет, не показывает же нашего скелета. Великие художники — это те, которые внушают человечеству свою личную иллюзию».
Психология поступка, жеста, чувств и эмоций — вся эта бурлящая энергией динамика, уходящих в бесконечность пространства рядов, пронизывают картины Ван Гога, Поля Гогена, Тулуз Лотрека, Жоржа Сера, Пьера Боннара и других посимпрессионистов в неменьшей мере, чем фото образы Элейн Константин.
В этом и выступает во всей очевидности ментальная общность столь разных форм творчества, выброшенного рекой времени на берега разных эпох и культур.
СОДЕРЖАНИЕ
I. ТАНЕЦ Сопоставление динамики
II. ПОРОК Антитеза
III. ЧУВСТВА И ЧУВСТВИТЕЛЬНОСТЬ Сравнение эмоций
ТАНЕЦ
⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀
⠀ Элейн Константин, серия из 4-х работ «Кухня Стива», 1993
Элейн Константин «Ловкач», 1993 // Анри де Тулуз-Лотрек «Танец в „Мулен-Руж“», 1890
Танец я выделяю как особо схожую тему для сопоставления в моём исследовании.
Наиболее близкий автор по тематике — это конечно же Анри де Тулуз-Лотрек, в его работах очень часто присутствует движение, танец, в том числе, благодаря знаменитому кабаре Мулен Руж, где он часто бывал и находил вдохновение. Отсюда и обнажённые натуры и вульгарно одетые дамы, кстати, как правило, они довольно пышнотелые. ⠀ ⠀
Анри де Тулуз-Лотрек, плакат «Мулен Руж», 1890
Моя вспышка ослепляла всех на танцполе
Константин видит в танце «реку времени», которая так и течёт по жизни: от беззаботных подростковых танцев на локальных лондонских вечеринках, до классических и трогательных, из серии «Чайный танец». ⠀ ⠀ ⠀
Элейн Константин, «Слэм», 1997
Элейн Константин, «Лиз и Норман» из серии «Чайный танец», 2002 // Винсент Ван Гог, «Танцующая пара», 1885
ПОРОК
Фрагмент картины Пьера Боннара, «Женщина в чёрных чулках», 1900
Работы Элейн — ода молодости, иронизации ошибок и лёгкости бытия. Ни в одной из работ я не могу увидеть осуждение «пороков», впрочем, они и не преподносятся, как «пороки». Алкоголь здесь — не способ уйти от действительности, а очередной атрибут юности, не искажающий реальность всецело. ⠀ ⠀ Элейн Константин, съёмка для Vogue Italy, 1999
Винсент Ван Гог, «Пьющие», 1890
Рассматривая же «Пьющих», считывается тема алкогольной зависимости, как способа скрыться от реальности — бренности и обыденности жизни рабочего класса. Жизни, в которой с малых лет принято отказываться от действительности, в попытках исказить реальность алкоголем. На заднем плане — промышленные здания и облачное небо, словно отгораживающее своей пеленой от шанса человека на здоровую жизнь.
Константин практически в каждом своём снимке исследует тонкую грань между чувствами и чувствительностью.
Тулуз-Лотрек же напротив, показывает «тяжёлые» порочные фигуры.
Элейн Константин, съёмка для Big Magazine, 2001 // Анри де Тулуз-Лотрек, «Софа», 1894–1896
Элейн Константин, без названия, 1999 // Анри де Тулуз-Лотрек, «Радостное прибытие в „Мулен Руж“», 1892
Элейн Константин, без названия, 2000-е // Пьер Боннар, «Женщина в чёрных чулках», 1900
ЧУВСТВА И ЧУВСТВИТЕЛЬНОСТЬ
Элейн Константин, съёмка для круизной коллекции Gucci, 2018 // Анри де Тулуз-Лотрек, фрагмент картины «Мадам Жюльетта Паскаль», 1887
Элейн Константин, съёмка для Vogue Italy, 1999 // Поль Гоген, «Две таитянки», 1892
Элейн Константин, съёмка для бренда Katharine Hamnett, 1998 // Анри де Тулуз-Лотрек, «Изучение танцовщицы», 1888
Элейн Константин, «Лорен Хаттон и Джорджина Купер», 1990-е // Поль Гоген, «Когда свадьба?», 1892
Элейн Константин, съёмка для Beauty Papers, 1998 // Поль Сезанн, «Большие купальщицы», 1892-1905
Элейн Константин, «В дороге», 1996 // Поль Сезанн, «Пьеро и Арлекин», 1888-1890
Элейн Константин, съёмка для Alberto Biani, 1999 // Пьер Боннар, «Женщина у окна», 1898
Элейн Константин, съёмка для Vogue Italy, 1999 // Пьер Боннар, «Мисия Натансон и её собака, 1905
Элейн Константин, «Мишель с собакой», съёмка для The Face magazine, 1998 // Пьер Боннар, «Женщина с собакой», 1922
Элейн Константин, «Вики на велосипеде», 1997 // Анри де Тулуз-Лотрек, «Молодая женщина за столом, „Рисовая пудра“», 1887
Поль Сезанн, «Молодая итальянка за столом», 1895-1900
Элейн Константин, «Плачущая девочка», 2021 // Поль Сезанн, «Молодая итальянка за столом», 1895-1900
*обложка:
- Чайка, 1997, Элейн Константин / [электронный ресурс] // Elaine Constantine: [сайт]. — URL: https://elaineconstantine.com/print-sales/ (дата обращения: 05.05.26).
- На берегу моря с красными крышами, до 1947 / [электронный ресурс] // Wikimedia Commons: [сайт]. — URL: https://commons.wikimedia.org/wiki/File:Pierre_Bonnard_By_the_Sea_with_Red_Roofs_(study).jpg#file
Чайка, 1997, Элейн Константин / [электронный ресурс] // Elaine Constantine: [сайт]. — URL: https://elaineconstantine.com/print-sales/ (дата обращения: 05.05.26).
