Концепция
Сфинкс и грифон — мифологические образы, которые появились в древних культурах, но не исчезли вместе с ними, а перешли в европейское декоративное искусство и до сих пор встречаются в предметах интерьера. Египетский сфинкс обозначал границу сакрального пространства, поэтому его ставили у входа в храм или гробницу. Происхождение грифона исследователи возводят к искусству Передней Азии, где его образ оказывается связан с охраной ценности и властью. В античных рассказах о грифоне говорится как о страже золота, а в искусстве его часто изображают рядом с троном правителя или в составе архитектурной опоры.Уже в древности между двумя образами появляется различие. Сфинкс статичен: он сидит или лежит, развёрнут фронтально, его тело замкнуто в цельный объём, поэтому в предмете он чаще работает как вертикальная опора — ножка стола или подлокотник. Грифон подвижен: поднятая лапа, распахнутые крылья — его силуэт визуально более открытый, и в предмете он может завершать форму, а его крылья и лапы становятся частью опоры.В различные периоды сфинкс и грифон становятся важными элементами мебели. Исследуя эту тему, я выявила способы воспроизведения образов — целая фигура, фрагмент, орнамент, опора и метафора — которые повторяются в рассматриваемых периодах. При этом, меняется материал, из которого сделана фигура, значение образа и роль фигуры в предмете, а также степень декоративности: в ампире и неоклассицизме фигура становится более декоративной и динамичной, а в современности появляются два направления развития образа — визуальная абстракция вплоть до полной неузнаваемости и прямое воспроизведение исторических форм.
Как значение образа меняется в различных периодах? Как меняется роль фигуры в предмете — от несущей опоры к накладке, фурнитуре и паттерну? И как при всех этих изменениях сохраняется узнаваемость образа?
Именно эти вопросы послужили ключевыми при создании визуального исследования.
При отборе материала для визуального исследования я опиралась на интернет-источники, музейные собрания и аукционные каталоги, чтобы проследить последовательное изменение образа грифона и сфинкса и выявить, на каком этапе функциональность в предмете сменяется декором или метафорой.Принцип рубрикации основан на типах существования мифологических образов в предметах интерьера. В первой главе рассматривается декоративное изображение: реалистичный сфинкс или грифон на плоскости и его переход в орнамент, когда хвост или крыло подчиняются ритму узора. Вторая глава посвящена объёмной реалистичной фигуре и её трансформации, когда нижняя часть тела превращается в растительный или морской мотив. Третья глава разбирает фрагмент: часть фигуры — голова, лапа, крыло — как окончание ножки или подлокотника. Четвёртая глава посвящена метафоре: случаю, когда образ существует в названии или общей идее, но не в буквальной форме. Такая структура позволяет в каждой главе разобрать один способ существования образа и показать, как он меняется во времени. В работе будет рассмотрен хронологический отрезок: античность как предыстория мотива, классицизм (1760-е — 1790-е) и ампир (1790-е — 1830-е), неоклассицизм (1890-е — 1960-е) и современность (1990-е — 2026).Проанализировать текстовые источники было важно, в первую очередь, для того, чтобы зафиксировать исходный смысл образов, объяснить механизмы перехода в орнамент и знак. Основными текстовыми источниками послужили книги по искусствоведению и иконографии образов, статьи из журналов, музеев. Объекты отобраны по трём критериям: узнаваемость мотива, документированность и возможность прямого визуального сопоставления.
Декоративное изображение: реализм и переход в орнамент
Один из способов существования грифона и сфинкса в предмете — реалистичное изображение на плоскости. Здесь фигура рисуется, вырезается в рельефе или печатается на поверхности, при этом сохраняет целостность и анатомию. Зритель без труда опознаёт мотив, даже если он уменьшен или вписан в декоративную рамку.
Древнейший пример такого изображения — палетка двух собак из Иераконполя. На обратной стороне палетки среди реальных и фантастических животных помещён крылатый грифон с крыльями в виде гребня. Он воспринимается как часть общего шествия зверей, а не как отдельный объект. Грифон здесь уже узнаваем, но его функция — участие в изображении.
«Палетка двух собак», неизвестный автор, около 3300–3100 гг. до н. э.
На резном фризе столика из красного дерева времени Георга III помещена центральная табличка с двумя крылатыми грифонами по сторонам наполненного пламенем треножника. Композиция напрямую отсылает к античному жертвеннику, а значит — к сакральным и триумфальным значениям. Грифоны ещё сохраняют позу, крылья и направление взгляда, образуя симметричную пару. Однако их функция уже декоративно-цитатная.
«Приставной столик с мраморной столешницей», неизвестный автор, около 1770 г. / фрагмент
Эрнст Гомбрих в «Чувстве порядка» описывает, как фантастическое существо, попадая в орнаментальную среду, подчиняется законам симметрии и повторяемости. [3] Алоиз Ригль в «Вопросах стиля» уточняет, что орнамент имеет две функции — ограничивающую и заполняющую пространство. [2]На примере раннего позолоченного дивана Георга III видно, что сфинксы включены в общую орнаментальную композицию, но ещё читаются как отдельные существа, а их поза следует направлению резного завитка.
«Ранний позолоченный диван Георга III», дизайнер Роберт Адам, 1765 год / фрагменты
Здесь фигура узнаваема, но её контур уже следует ритму обрамления. Роберт Адам, как и в случае с фризом столика, работает с античным мотивом как элементом стилистической системы: сфинкс выполняет роль декоративного акцента, а не роль стража сакральной границы.Консоль с грифонами из орехового дерева демонстрирует ещё один вариант как образ существует на плоскости и постепенно становится частью орнамента. Изображение плоское и неотличимое от всей орнаментальной полосы, а хвосты грифонов соединяются с растительным мотивом.
«Консоль с маркетри и грифонами», неизвестный автор, вторая половина XVIII века / фрагмент
Рояль в стиле ампир от Ibach с накладками из золочёной бронзы показывает, как декоративность сохраняется в позднем историзме. Накладки с классическими сценами включают мифологические фигуры, которые ещё не растворены в паттерне, но уже являются накладным декором инструмента. Несущая функция здесь отсутствует полностью: грифон или сфинкс существуют как изображение на поверхности, символизирующее роскошь и культурную преемственность.
«Рояль Ibach Model 2 в стиле ампир», фирма Ibach, 1901 год
«Рояль Ibach Model 2 в стиле ампир», фирма Ibach, 1901 год, фрагмент
Окончательный переход к орнаменту происходит тогда, когда фигура становится элементом ритмически организованного повтора. Гомбрих описывает этот процесс как «растворение формы»: монстр, попадая в орнаментальную среду, подчиняется законам заполнения поверхности.
Ткань Ewan’s Beasts от Schumacher (100% хлопок и лён, жаккард с длинным ворсом) — наиболее наглядный пример. Она создана по мотивам архивной ткани и представляет собой жаккард с фантастическими грифонами и цветочными мотивами. Грифоны здесь повторяются через равные интервалы, их крылья и хвосты вплетены в цветочный узор, а сама фигура читается скорее как силуэт. Узнаваемость сохраняется на уровне общего контура, но охрана, граница, сакральность образа полностью заменена декоративной функцией.
«Ewan’s Beasts (87540)», Schumacher, 2020-е годы / фрагмент
Когда грифон и сфинкс существуют только на плоскости — как изображение и как орнамент, можно проследить линию движения образа от участия в изображении через декоративно-цитатное значение к чисто декоративной функции.Роль фигуры при этом меняется от связного с конструкцией изображения к паттерну. Узнаваемость сохраняется за счёт реалистичной передачи анатомии образа или его части, которая не переходит в другой мотив орнамента.
Объёмная фигура: реализм и трансформация
Ещё одним из важных способов существования грифона и сфинкса в предмете — реалистичное изображение фигуры в объеме.
Эрнст Гомбрих в «Чувстве порядка» описывает механизм, когда зритель узнаёт монстра по минимальному набору признаков, и орнаментальная традиция активно этим пользуется, сокращая фигуру до головы, лапы или крыла, но сохраняя узнаваемость. Часто деталь важнее целой формы: именно окончание ножки или подлокотника несёт на себе основную декоративную нагрузку, потому что оно находится в точке контакта с телом человека или с полом. [3]Пример появления сокращенного образа в геридоне с грифонами. Грифон здесь лишь наполовину имеет туловище, а нижняя его часть представляет собой массивную ногу льва. При этом функция опоры сохраняется, но сам грифон не является декоративным завершением предмета.
«Аллея сфинксов в Луксоре», неизвестный древнеегипетский мастер, около 380–362 гг. до н. э.
Внутри главы различаются три типа: реалистичная объёмная фигура, несущая нагрузку, фигура, у которой нижняя часть тела трансформируется в растительный или морской мотив, сохраняя при этом конструктивную функцию, а также объемная фигура, которая становится декоративным элементом объекта.В работе «Стиль в технических и тектонических искусствах» Готфрид Земпер связывал форму с материалом и способом его обработки, а также с назначением предмета. [1] Алоиз Ригль в «Вопросах стиля», в отличие от Земпера, считал, что орнаментальная форма развивается по собственной логике, а не только из конструкции. [2]
«Русский геридон из ормолу и патинированной бронзы», неизвестный автор, около 1790–1795 годов
Русский геридон из ормолу и патинированной бронзы — наиболее показательный пример. Грифоны здесь лежат на треугольном основании, и при этом держат ножки, на которых лежит круглая столешница. Их крылья и поза подчинены направлению нагрузки. При этом подобные геридоны с грифонами-опорами были распространены в Париже и Петербурге 1780–1790-х годов, а их форма предвещает переход от неоклассицизма к ампиру.
В период перехода от неоклассицизма к ампиру грифон сохраняет конструктивную функцию, но получает дополнительный смысл: служит для демонстрации силы и власти.
«Русский геридон из ормолу и патинированной бронзы», неизвестный автор, около 1790–1795 годов / фрагмент



















