Рубрикация
- Концепция
- Примеры советского искусства и их разнообразие
- Бульдозерная выставка
- Выставка в лесопарке «Измайлово»
- Соц-арт
- Виталий Комаров и Александр Меламид
- Заключение
- Библиография
- Источники изображений
Концепция
Тема советского искусства 1960-1980-х годов является не просто набором различных фактов, но и уникальным примером того, как творческий потенциал может не только выживать, но и бурно развиваться в условиях тотальной цензуры и эстетической изоляции. Мой интерес обусловлен стремлением исследовать историю и различные взгляды на то, каким должно быть искусство как художники, лишённые права на публичную выставку, создавали собственные мероприятия и сходки, заряжаясь от энергии тоски и протеста на прошлый государственный строй, что связывал им руки. В эпоху тотальной изоляции стиля соцреализма нонконформизм стал не просто бунтом, а единственным честным разговором о реальности, внутренней свободе и духовном поиске.
Отбор материала строится на уместности работы и её смысле. Я искала то, что отражало дух той эпохи, те работы, что хранили в себе идеи и протест авторов, которые не могли творить открыто. Те работы, что будут предоставлены в этом исследовании, показывают всю измученную сатиру и возмущение обычных людей, что не могли не только говорить о своих переживаниях с аудиторией, но и изображать их. Принцип отбора также учитывает разнообразие жанров: живопись, графика, объекты, чтобы зафиксировать многоголосие андеграунда.
Как именно физическая и идеологическая сжатость советской цензуры порождала новые визуальные стратегии, трансформируя дефицит свободы и состояние тоски в уникальную художественную идею? На примере некоторых работ мы сможем увидеть, что нонконформизм возник не как прямое отображение тоски, а как сложный психологический механизм «сверхкомпенсации». Чем жестче и строже была цензура и безрадостнее повседневность, тем больше художник уходил в иронию соц-арта. Проведя визуальное исследование, я докажу, что-то состояние апатии и полнейшей тоски становилось не тормозом для искусства, а тем самым катализатором, без которого появление концептуализма в России было бы невозможным. Итогом станет вывод о том, что запрет — это не точка для художников, а новый способ видения мира и его рамок.
Примеры советского искусства и их разнообразие
«Портрет отца» — Виталий Комар, Александр Меламид (1973)
«Портрет отца» — икона соц-арта. Автор предполагал работу со штампами советской пропаганды в контексте современного искусства.
На первый взгляд «Портрет отца» напоминает канонические плакаты с вождями марксизма-ленинизма, которых изображали в профиль на красном фоне. Но элементы картины предполагают использование мазайки что не характерно для канона.
«Слава КПСС» — Эрик Булатов (1975)
Еще один хороший пример высмеивания советским человеком сложившиеся строй того времени. В просветах огромного агрессивно красного текста-решётки видно безмятежное голубое небо. Надпись «Слава КПСС» занимает почти все пространства оставляя крупицы той свободы что мы видим. Смысл человеческого существования находится по ту сторону — и чтобы приблизиться к его постижению, необходимо перешагнуть границы, «выскочить» из привычного социального пространства.
«Конечно, я использовал элементы политической визуальной культуры, — говорил Булатов, — того идеологического пространства, которое заполняло всю нашу жизнь, точно так же, как поп-артисты использовали продукцию медиаиндустрии. С этой гиперидеологизацией всего я и работал».
«Лозунг» — Группа «Коллективные действия» Фотодокументация акции (1977)
Художники организовывали выездные перформансы и акции — «Поездки за город», которые разворачивались по заранее подготовленному сценарию в местах, лишённых какого-то бы ни было контекста: на полях, реках, в лесах. Между деревьями художники повесили красное полотнище с надписью: «Я НИ НА ЧТО НЕ ЖАЛУЮСЬ И МНЕ ВСЕ НРАВИТСЯ, НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО Я ЗДЕСЬ НИКОГДА НЕ БЫЛ И НЕ ЗНАЮ НИЧЕГО ОБ ЭТИХ МЕСТАХ» это цитата из книги А. Монастырского «Ничего не происходит». Красные полотнища агитационных лозунгов были неотъемлемой частью советского визуального ландшафта.
«Лозунг» — Группа «Коллективные действия» Фотодокументация акции (1977)
«Московская вечеринка» — Виктор Пивоваров (1971)
В пределах картины любые образы — фигура человека, дом, яблоко — тяготеют к знаковости и легко вступают во взаимодействие с другими знаками за пределами картины. «Гуляющими» из картины в картину становятся два персонажа: человек без лица и человек в синих очках. Последний для Пивоварова — метафора зрения, повёрнутого внутрь, к внутреннему миру. Он летит через картину, как цирковой лев прыгает через обруч, и оказывается в том же самом пространстве или, скорее, в той же самой плоскости. Остальной набор предметов будто выпадает из подсознания художника, что даёт ощущение гротескной сюрреалистической фантасмагории.
«Иература прорыва» — Михаил Шварцман (1973-1975)
Свой художественный путь Михаил Шварцман начинал в период оттепели, и в его композициях иногда заметны следы влияния научно-технической эстетики с преобладанием геометрии и строго организованных структур. С конца 1960-х советское общество всё больше распадалось на малые группы, в том числе религиозные кружки, далеко не всегда связанные с конфессиональными религиями. Так, религиозная философия Шварцмана представляла собой индивидуальный вариант христианского мистицизма.
Бульдозерная выставка
В сентябре 1974 года возле станции метро «Беляево» в Москве состоялось крупнейшее выступление художников-нонконформистов, вошедшее в историю как «Бульдозерная выставка». Название — не метафора. Милиция натурально уничтожила выставленные работы бульдозерами.
«Бульдозерная выставка» советского андеграундного искусства (1974)
Выставку решили провести на пустыре возле станции метро «Беляево», чтобы у милиции не было формального повода придраться. Например, заявить, что художники мешают движению пешеходов или проведению общественно значимого мероприятия.
«Бульдозерная выставка» советского андеграундного искусства Картина Лидии Мастерковой (1974)
«Бульдозерная выставка» представляла собой яркий пример андеграунда. Для андеграунда характерны разрыв с господствующей идеологией, игнорирование стилистических и языковых ограничений — что и продемонстрировали нам художники с этой выставки. Они отказались от общепринятых ценностей, норм, социальных и художественных традиций. Андеграунд отвергает и часто нарушает принятые в обществе политические, моральные и этические ориентации и стереотипы поведения, чем и вдохновлялись творцы. Их работы шумные, яркие, не дают отвести взгляд, позволяя смотрящему самому решать, что он видит.
«Картины после выставки» (1974)
Исход выставки известен, но уничтожение картин не означало крах для художников, кто принял участие в этом событии. «Бульдозерная выставка» серьезно повлияла на современное советское искусство — её участники, получив в одночасье огромное внимание, перестали ощущать себя маргинальными творцами из подполья. Они получили отклик у людей, таких же, как и они, что устали от постоянных запретов и однообразия.
Выставка в лесопарке «Измайлово»
Вскоре после подавления «Бульдозерной выставки» Моссовет всё же разрешил провести ещё одну выставку неофициального искусства. Она должна была продемонстрировать гуманное отношение государства к художественному андеграунду. «Второй осенний просмотр картин на открытом воздухе» прошёл в Измайловском лесопарке 29 сентября.
1. «Царь робот» Леонов Александр 2. Работа Оскара Рабина 3. Работа Абрамов Александр 4. Работа Мариенберг С. Все работы были показаны в 1974 году
Абрамов Александр. Выставка в лесопарке «Измайлово» (1974)
Для выставки в лесопарке «Измайлово» характерен авангард. Авангардисты стремились к радикальным экспериментам в области формы, содержания и художественных средств, часто выражая протест против устоявшихся канонов и норм. Работы яркие и пёстрые, с большим количеством форм и фигур.
«Офелия» — Ждан Владислав (1974)
На картине Владислава Ждана хорошо показано, как из абстрактных форм можно создать узнаваемый силуэт с осязаемым центром картины. Хороший пример того, как из хаоса можно сделать порядок, не заходя за рамки авангарда.
Выставка в лесопарке «Измайлово» — Синявин Игорь (1974)
Итогом обеих выставок на пленэре всё-таки стали меры устрашения: участились вызовы в психдиспансеры, милицию, военкоматы.
Соц-арт
Соц-арт — это не просто направление, это насмешка над властью. Насмешка проявлялась либо в том, как священные и патриотические вещи помещали во что-то приземлённое, либо в том, как художники преувеличивали или гиперболизировали то, что они видят всегда.
«Горизонт» — Эрика Булатова (1971–1972)
Работа «Горизонт» хорошо описывает всю суть соц-арта. Красный цвет плакатов и орденских лент буквально перековывает людям вид на горизонт. Есть предположение, что это также показывало то, как сложно было советскому человеку уехать или уплыть из страны.
«В поисках истории» — Александр Косолапов (1982)
«В поисках истории» это очередная сатира над образом вождя. Композиция пародирует древнеегипетские росписи, используя образы богов Анубиса и Ра в сочетании с коммунистическими символами, такими как серп и молот.
Виталий Комаров и Александр Меламид
Виталий Комаров и Александр Меламид являются прародителями того соц-арта которое мы видим сегодня. Эти двое не боялись смеяться над официальным искусством СССР — соцреализмом — и создали свой ироничный стиль, в чем-то похожий на западный поп-арт. И если на западе художники поп-арта внесли в музей то, что они видели на улицах — рекламу популярных товаров, Комар и Меламид сделали практически то же самое — внесли на территорию искусства то, что видели вокруг себя.
«Происхождение социалистического реализма» — из серии «Ностальгический соцреализм» Виталий Комаров и Александр Меламид (1983)
На полотне изображён Иосиф Сталин в присутствии музы, которая, согласно легенде, является источником искусства и живописи. Она, слегка приподнимая ему подбородок, рисует его тень. Дерзость на полотне граничит с наглостью и с злой усмешкой над ситуацией.
«Ленин ловит такси в Нью-Йорке» — Виталий Комаров и Александр Меламид (1983)
Очередной верх абсурда и иронии: Ленин изображён на улицах Нью-Йорка, пытающимся остановить такси, на фоне Крайслер-билдинг. Здесь авторы смеются над часто изображаемой позой вождя, которая часто встречалась на плакатах как призыв к действию и стремлению к светлому будущему. Они взяли эту же позу, но поставили её в максимально неожиданную ситуацию.
«Большевики возвращаются домой после демонстрации» — Виталий Комаров и Александр Меламид (1981–1982)
Картина абсурдно совмещает советскую тематику с фантастическими элементами, изображая маленького динозавра перед огромными волевыми большевиками с красным знаменем. Это снова преувеличение советской власти, как будто художник говорил, что перед большевиками даже большие опасные ящерицы — всего лишь игрушечные фигурки.
«Жмурки» — Виталием Комаром и Александром Меламидом (1982–1983)
Картина изображает бытовую сцену: школьница с завязанными глазами играет в жмурки с мужчиной в военной форме, который прячется под столом. Работа критикует репрессивную атмосферу советской эпохи и ограниченность доступа к информации, которую олицетворяет повязка на глазах девочки.
Заключение
Таким образом, мы можем видеть, как советская власть не смогла подавить дух и идеи обычных людей. То, как люди искали способы самовыражаться, вдохновляет и показывает, что для творца запрет — это не приговор. То, как люди пытались с иронией и сатирой показать ту беспросветную тоску и тотальный контроль, которые они видели постоянно, также указывает на то, что искусство нужно во все моменты истории — особенно для того, чтобы люди видели, что они не одни живут с этим. Желая сплотить людей, творцы ушли в абсурд, но даже этого было достаточно, чтобы люди видели происходящее так, как оно есть.
Эти странные семидесятые, или Потеря невинности / Сост. Георгий Кизевальтер. М.: Новое литературное обозрение, 2010
Пивоваров В. Влюблённый агент. М.: Artguide Editions, 2018
. Рошаль М. Гнездо: Донской, Рошаль, Скерсис. М.: Государственный центр современного искусства, 2008
Светляков К., Епихин С., Дикович А. Государственная Третьяковская галерея на Крымском Валу. Искусство ХХ века. Путеводитель. М.: Paulsen, 2014
Это было навсегда. 1968-1985. М.: Государственная Третьяковская галерея, 2020