Рубрикатор
- Введение
- Книжные миниатюры
- Иконопись
- Фрески
- Мозаика
- Заключение
- Библиография
- Источники изображений
Введение
Изобразительное искусство средних веков было неразрывно связано с религией. В эпоху, когда большинство людей не умело читать, искусство служило наглядным способом передачи священных смыслов. Однако оно не ограничивалось только храмовой росписью, в эту эпоху активно развивались иконопись, монументальная живопись, фрески, мозаики и книжные миниатюры.
Многие люди ошибочно считают средневековые миниатюры обычными иллюстрациями к тексту, но на деле они представляют собой сложную знаковую систему, жившая по собственным канонам на протяжении столетий. В отличие от античного искусства, стремившегося к реализму, или искусства Возрождения с его линейной перспективой, средневековая композиция была подчинена теологической логике и символизму.
Целью моего визуального исследования является рассмотрение разных видов искусства последних столетий средних веков и подчеркнуть особые композиционные приёмы, наблюдающиеся у художественных произведений тех времён.
Книжные миниатюры
Огромное количество средневековых книжных миниатюр было написано во время Столетней войны между Англией и Францией. Однако, несмотря на свои национальные различия, обусловленные историческим контекстом, в работах и английских, и французских художников находится множество сходств.
Томас Уолсингем, миниатюра «Битва при Азенкуре», «Хроники Сент-Олбанса», около 1422 г.
Визуальная композиция миниатюры акцентирует внимание на контрасте между английскими и французскими войсками. Английские лучники изображены в более динамичных позах, что подчеркивает их активное участие в битве, в то время как французские рыцари выглядят более статично и неуклюже, что символизирует их уязвимость перед англичанами.
В миниатюре также использованы различные символические элементы. Например, английские солдаты имеют при себе луки и стрелы, что отражает их основное преимущество в битве и как бы предсказывает вероятное поражение французов. Можно заметить, что цветовая палитра и одежда героев отражают их статус и принадлежность к той или иной стороне конфликта.
Жан Фруассар, миниатюра «Морское сражение при Ла Рошели», начало XV в.
Французские художники тоже пытались композиционно отразить уязвимость стороны противника. Вся работа выражает мысль о неспособности английских войнов доблестно и уверенно сражаться, что нацеливает французскую армию на стремление к скорой победе.
Противопоставление между англичанами и кастильцами также визуально выражено через одежду, доспехи и гербы, что помогает зрителю легко идентифицировать стороны конфликта.
Автор неизвестен, миниатюра «Свадьба Ричарда II и Изабеллы Валуа», XV в.
На миниатюре «Свадьба Ричарда II и Изабеллы Валуа» хорошо виден один из главных законов средневековой композиции — принцип «важности». Размер персонажа (или объекта) определяется не его удаленностью от зрителя, а его духовным или социальным статусом. Здесь обручающиеся монархи и королевская знать изображаются в два раза выше рыцарей, своих подданных. Это называется иерархической перспективой и создаётся для того, чтобы подчеркнуть сакральную вертикаль мира.
Общая черта и для английский, и для французских миниатюр — это изображение группы людей на первом плане и фоновый пейзаж, обычно представляющий из себя комбинацию леса и архитектурных сооружений в виде замков и дворцов.
Жан Лимбург, миниатюра «Апрель», цикл «Времена года», предположительно начало XV в.
Также могло присутствовать такое явление, как симультанность, или многовременность. Миниатюра часто объединяла несколько временных отрезков в одном пространстве. В пределах одной рамки могли быть изображены рождение героя, его подвиги и его смерть. Это отражало средневековое восприятие времени не как линейного процесса, а как вечного «настоящего» перед лицом Бога.
История и вечность составляют в средневековье некое диалектическое единство. В отношении эстетическом это единство осуществляется через церемониальность. Средневековая церемониальность и этикетность — это попытка эстетически утвердить вечное значение происходящего и заявить о значительности события.
Жан Лимбург, миниатюра «Январь», цикл «Времена года», предположительно начало XV в.
На миниатюре представлено, как пирует французская знать. Как считает Раймон Казель, она иллюстрирует обмен подарками при дворе герцога Беррийского во время встречи Нового года, однако по мнению Сен-Жана Бурдена, на миниатюре представлено не празднование наступления Нового года, а завершение переговоров с англичанами в замке Жиак 6 января 1414 года.
Помимо пиров французской знати, данные миниатюры позволяют нам изучить, как художники того времени работали со стандартной перспективой.
В отличие от миниатюры, представленной ранее, на данных работах у художника нет необходимости использовать иерархическую перспективу, так как представленные люди, королевская знать, примерно равны по социальному статусу. Поэтому можно заметить, что размер человека и предмета уменьшается по мере отдаления от зрителя, что следует канонам стандартной линейной перспективы.
Поль Лимбург и Жан Коломб, миниатюра «Июнь», цикл «Времена года», середина XV в.
Следующие миниатюры изображают работающих крестьян на фоне средневековых замков. На первой работе можно заметить замок Консьержери и Сент-Шапель, а на второй — ныне не существующий замок Пуатье на берегу реки Клен в Пуату, владение герцога Беррийского.
Поль Лимбург, миниатюра «Июль», цикл «Времена года», между 1412 и 1416 гг.
Также нельзя не заметить, что сгорбленный вид крестьян и небрежные одеяния сильно контрастируют с изображёнными за заднем плане огромными замками.
Братья Лимбурги, миниатюра «Февраль», цикл «Времена года», между 1412 и 1416 гг.
Братья Лимбурги, миниатюра «Март», цикл «Времена года», между 1412 и 1416 гг.
Иконопись
Сложно недооценить влияние иконописи на все виды изобразительного искусства без исключений, ведь именно иконы лучше всего отражали развитие человеческого художественного мастерства, что будет заметнее позже, в эпоху Возрождения. Одной из самых выдающихся и обладающих мировой известностью икон является работа Андрея Рублёва.
Андрей Рублёв, «Троица», 1412 год или 20-е года XV века
В отличие от стандартной линейной перспективы, где две линии по мере отдаления от наблюдателя сходятся в одной точке, на иконе Рублёва мы видим абсолютно противоположное: сошедшиеся линии расходятся по направлению от зрителя вглубь картины. Данный приём называется обратной перспективой, она используется здесь для создания эффекта «открытого пространства»: икона обращена к молящемуся, стирая границу между Божественным миром и человеком.
Формой, наиболее наглядно выражающей представление о единосущии трёх ипостасей Святой Троицы, в иконе Рублёва становится круг — именно он положен в основу композиции. При этом ангелы не вписаны в круг — они сами образуют его, так что взгляд наш не может остановиться ни на одной из трёх фигур и пребывает, скорее, внутри того пространства, которое они собой ограничивают.
Но главным композиционным концептом и смысловым центром здесь выступает чаша. Она трактуется как символ евхаристии (освящения хлеба и вина особым образом и последующем их употреблении), евхаристия даёт возможность христианину «соединиться с Богом во Христе».
Фрески
Для создания драматизма в работе Джотто используется особая средневековая ритмика. Мощная диагональная линия скалы разрезает пространство и ведёт взгляд зрителя прямо к лицу умершего Христа и склонённой над ним Марии. Фигуры расположены не хаотично, а группами, что даёт зрителю почувствовать «волны» эмоционального напряжения. Спины двух фигур на переднем плане «замыкают» композицию, делая зрителя соучастником сцены. Вся природа и люди «стекают» к нижней точке композиции, подчёркивая тяжесть смерти и безысходность земного горя.
Джотто ди Бондоне, фреска «Оплакивание Христа» (Капелла Скровеньи), между 1304 и 1306 гг.
Фреска «Сошествие во ад» — пример того, как средневековая композиция может использовать приём центробежности, сохраняя при этом стандартные рамки канона. Христос расположен в центре в сияющем ореоле, его одежды развеваются, создавая ощущение стремительного движения вниз. Его руки разведены в разные стороны, он тянет Адама и Еву за собой вверх.
Кахрие Джами, фреска «Сошествие во ад» (Церковь Хора, Стамбул), между 1316 и 1321 гг.
Руки Христа, Адама и Евы образуют мощную горизонталь, которая пересекает вертикаль фигуры Спасителя. Фреска символизирует прямую победу над смертью. Движение направлено вовне, на зрителя, транслируя триумф и освобождение.
Мозаика
Эдал Антон Лефтеров, мозаика «Христос Пантократор», около 1100 г.
В купольном изображении чётко видна строгая осевая симметрия. Линии бровей, носа и бороды Христа симметричны относительно центральной вертикали. Голова и кисти рук сознательно увеличены. Такая композиция исключает «диалог» персонажей внутри картины. Единственный возможный диалог — между Богом и зрителем. Огромные глаза, расположенные в самой высокой точке храма, создают эффект «всевидящего ока», которое следит за молящимся из любой точки зала.
Заключение
Подводя итог всего вышенаписанного, определённо можно сделать вывод, что композиция как комплекс художественных приёмов начала свой эволюционный процесс ещё задолго до эпохи Ренесанса, и развитие искусства в период средних веков нельзя оставлять незамеченным.
Композиция средневекового изобразительного искусства ставит идею выше реалистичности. Чтобы понять картины того времени, нужно было не просто смотреть, а «читать» изображение, расшифровывая его символы, цвета и пространственные метафоры как глубокий теологический трактат. Художник сознательно отказывался от правдоподобия ради передачи смыслов. Каждый элемент — от размера фигуры до изгиба орнамента — служил единой цели. Именно эти приемы легли в основу визуального языка, который подготовил почву для будущих открытий живописи Ренессанса.
Казель Р., Ратхофер И. Роскошный часослов герцога Беррийского
Bourdin S-J. Analyse des Très Riches Heures du duc de Berry: identification des personnages figurant dans le calendrier
Лазарев В. Н. Андрей Рублев и его школа // История русского искусства. — Москва: Издательство АН СССР, 1955. — Т. III. — С. 102—186.




