Нестабильная форма тела: боди-хоррор 1970-1980-х

1. Концепция
2. Тело [Слияние человека и технологии]
3. Тело [Заражение и распад]
4. Тело [Нестабильное сознание]
5. Тело [Гибрид]
6. Тело [Утрата формы]
7. Заключение

В данном визуальном исследовании рассматривается боди-хоррор 1970-1980-х годов как один из поджанров ужасов, в котором человеческое тело перестает восприниматься как устойчивая форма. В отличии от классического хоррора, боди-хоррор переносит страх внутрь самого тела, изображая разнообразные физиологические трансформации, мутации и распад материи главным элементом жанровой выразительности.

Боди-хоррор времён 1970-1980-х возникает в контексте научно-технических изменений, распространения медиа и усиления интереса авторов кино к телесности. В фильмах этих режиссёров тело превращается в пространство угрозы, внутри которого стираются различия между человеком, машиной, болезнью и даже иной формой жизни, так как многообразие тем с которыми может быть слияние достаточно расширенное.

В рамках исследования анализируются визуальные и жанровые особенности фильмов Videodrome, The Fly, Altered States, Tetsuo и легендарного The Thing. Исследование построено через отдельные аспекты трансформации тела, от слияния с технологиями до утраты человеческого сознания, и конечно, формы.

В Videodrome тело не существует как биологическая единица, и начинает функционировать как продолжение технологии. Главным визуальным мотивом фильма служит проникновение техники в человеческую плоть, когда экран утрачивает внешность объекта и превращается в телесную поверхность. Кроненберг часто размывает границы между органическим и механическим, видеокассеты вставляются в разрезы тела, а оружие прирастает к руке персонажа, тв-изображение воздействует на организм протагониста.

Тело в фильме постепенно теряет устойчивойсть своей формы. Визуально это подчеркивается при помощи пульсирующих объектов, влажных поверхностей и органических деформаций техники. Медиа в фильме порождает биологическую сущность, изменяющую восприятие человека.

Для боди-хоррора это особенно важно, так как суть ужаса переносится в человеческое тело. Технология перестает быть вспомогательным инструментом и источником развлечения, превращая себя в часть героя. Телесность в фильме приобретает предметность технологии, из-за чего потеря телесности создаёт главную тревогу фильма.

В фильме «The Fly» трансформация тела возникает благодаря постепенному биологическому разложению. В многообразии поджанров хоррора сущность пугающего монстра обычно принадлежит отдельной сущности, созданной специально для вызова ужаса. Однако в боди-хорроре эту роль может примерять сам человек. Фильм рассказывает о медленном превращении в нечто нечеловеческое из-за случайности при экспериментах с телепортацией, что придаёт небольшую драматичность и обреченность. Главный страх возникает из наблюдения за постепенной утратой формы человеческого тела.

Режиссёр Дэвид Кроненберг заостряет внимание зрителей при помощи деталей физиологии, вроде изменений кожи и разрушения тканей. Благодаря этим приёмам создаётся эффект заражённого и ломающегося объекта, приобретаемый телом.

Фильм изменяет представление о теле как о чём-то целостном. Организм персонажа меняется, не подчиняясь привычным законам биологии, словно тело больше и не принадлежит герою вовсе. Мутация в данном контексте боди-хоррора может означать визуальное отображение потери персонажем идентичности, своей персоны. Это делает пространство для размышлений более глобальным, и заставляет меня задуматься о том, столько ли пугает отвращение от картинки, сколько вопрос сознания и потери себя?

В Altered States режиссёра Кена Рассела, изменения тела связаны с изменением сознания. Фильм размышляет об идеи изменения и потери человеческого сознания, из-за взаимодействия над психическими процессами в мозге. Тут сломтела происходит из-за экспериментов над психикой.

Трансформации подкрепляются визуальными символами деградацти и возвращения к примитивным формам жизни. Человеческий организм больше не пик эволюции, а изменяемая каша со структурой, благодаря которой существует возможность вернуться назад по интеллектуальной цепи.

Ключевую роль играют галлюцинации. Фильм заставляет зрителя потерять грань между внутренним восприятием персонажа Эдварда Джессапа и физической реальностью, настоящим. Благодаря этому приёму, ужас фильма обретает одновременно физическую и психологическую структуру.

Визуальные приёмы Altered States отображаются в изломанных кадрах, световых скримерах и рваном, эпилептическом монтаже, что помогает раскрыться идее распада и хрупкости человеческого сознания. Тело в фильме получает свои свойства исходя из состояния рассудка.

Tetsuo: The Iron Man относится уже к концу 80-х и японскому кинематографу. Режиссёр Синъя Цукамото позволяет увидеть позднюю форму развития эстетики боди-хоррора. В нём соединяются многие приёмы, использованные в поджанре до фильма, благодаря которым история о гибриде металла и человека создаёт атмосферу полного отсутствия контроля и страха.

Главный приём ужаса связан с нулевым шансом остаться в форме человеческого тела. Металл внедряется в кожу персонажа, меняя структуру кожи, тканей и органов. Фильм погружает в панику от полного поглощения железом героя.

В отличие от более медленного темпа трансформаций у Кроненберга, здесь изменения преобретаются в хаосе. Монтаж, резкие движения камеры и аудиовизуальный урбанистический шум создают ощущение бесконеченой нагруженности и тяжести. Тело человека получает очертания бездушности и громосткости, несвойственных мягкости людей.

Визуальная агрессия фильма открывает идею о возможности поглощения, слияния людей с машинами. Этот гибрид пугает и создаёт множество размышлений на тему необходимости и выживания без технологического прогресса.

Несмотря на отличие от европейско-американского культурного контекста, фильм продолжает главные темы боди-хоррора 1970–1980-х в виде страха перед утратой контроля над телом, и превращения в ужасную материю.

В The Thing телесный ужас это полная деконструкция идеи стабильного человеческого тела. Здесь тело становится образом вечно мутирующего объекта и теряет всякую человечность. Существо в фильме не имеет собственной заложенной биологической анатомии, поэтому и существует как изменяющаяся масса из отсылающих к органам объектов, способная имитировать любые живые организмы.

Карпентер определяет изменённое тело как объект, не поддающийся классификации или распознаванию, далёкий от человеческого разума.

Паразит уничтожает и копирует структуру человека, пряча при этом всю мутацию внутри. Из-за этого приёма угроза становится неопределимой, это усиляет эффект, близкий по смыслу к эффекту зловещей долины, когда существо далёкое от человеческой формы пытается подражать и быть человеком. Это очень сильный и пугающий образ, часто используемый и в современном кино.

Изолированная от всего мира антарктическая станция поджигает и так сложное ощущение страха. Замкнутые пространства заставляют почувствовать беспомощность и невозможность убежать от ужаса.

Фильм визуально изображает страх при помощи внешности монстра, при этом подразумевая психологическое давление.

Боди-хоррор 1970-1980-х годов переосмысляет человеческое тело как нестабильную и уязвимую форму, подверженную различным мутациям, заражению и утрате разума. В условиях поджанра тело перестает восприниматься как нейтральная оболочка персонажа и внешний вид, заставляя зрителей бояться внутренних метаморфоз и меняя понятие человека как существа с идентичностью.

Фильмы разрушают кризис воображения того, насколько цельным и живым может быть наше тело. Главной идеей остаётся не ужас перед крахом внутри, а страх перед тем, что его может вызвать, то есть опасной среды, экспериментах, технологиях и прочих других обстоятельств, созданных самим человеком.