парадный портрет от ренессанса до соцреализма

Запечатление себя или окружающих это вполне естественная идея для человека. Древнейшее найденное изображение человеческого лица было сделано на камне еще двадцать семь тысяч лет назад в пещере Вильонер. Предсказуемо, портреты — древнейший жанр искусства. По сохранившимся портретам можно понять, что они были распространены и в Египте, откуда с завоеваниями Египта перекочевали в древнюю Грецию и Рим. Прежде чем перейти в живопись портреты начинали свое развитие со скульптуры, а базовой и первой их задачей было сохранить память. Так, в Египте рисовали портреты умерших и прикрепляли их поверх тела при захоронении, в Греции были портретные гермы поэтов и философов, в Риме — бюсты и развившиеся из посмертных масок скульптурные портреты военных командиров.

С пятого века с развитием и укреплением христианства портреты практически перестали существовать как вид искусства. Религия, контролировавшая все аспекты жизни, воспринимала человека лишь как существо, созданное по божьему подобию, а тело как оковы для бессмертной души. Долгое время на картинах изображались чаще всего или Бог или святые, при этом не добиваясь сходства, а лишь следуя четким сформировавшимся канонам и правилам.

Но в эпоху возрождения, с 14 века, благодаря многим факторам, в том числе ослабеванию авторитаризма церкви, развитию экономики, культуры и торговли а главное благодаря стремлению разбогатевшего общества к новым ценностям, в которых человек стал не просто продолжением бога а отдельной гармоничной ценной личностью с ярким внутренним миром, такой важный для того времени вид искусства как портрет начал переживать свой расцвет. Рисовались портреты богатых спонсоров, высокопоставленных личностей, автопортреты. Развивалось мастерство, рисовались первые парадные портреты, показывающие богатый статус заказчиков.

С шестнадцатого века во времена у правителей возникла потребность в укрепления абсолютной монархии и помимо других инструментов большую потребность получили парадные портреты. Портрет для монарха того времени — не просто память, искусство или демонстрация богатства, а важнейший пропагандистский элемент, подчеркивавший статус и традиции. Портреты писались и чтобы укрепить власть и чтобы продемонстрировать своим подданным, большинство из которых никогда не увидит короля вживую, величие и имидж правителя, который в свою очередь на портрете демонстрируется как единственный легитимный источник неограниченной власти, данной богом. У парадных портретов формировались строгие каноны, меняющиеся со временем. И как со всеми канонами находились художники которые бросали этим канонам вызов и переосмысляли парадный портрет.

Помимо идей гуманизма и переосмысленных античных традиций на формирующиеся каноны парадного портрета эпохи ренессанса значительно повлиял Максимилиан I, он же император Священной Римской империи. Желая укрепить власть, прославить и себя как императора и династию Габсбургов в целом, он обратился ко множеству видов искусства, в том числе и к изобразительному, заказывая у художников портреты. Он очень большое внимание обращал на детальность и визуальную схожесть себя с изображением. Его ранние более приземленные портреты, когда он изображался герцогом в образе рыцаря, уступают со временем и изменением его статуса (сначала коронованием в короля а потом и в императора) образам более возвышенным. Ключевую роль на портретах он отдавал атрибутам власти, таким как держава, скипетр, дорогие одежды, а также герб, которые демонстрируют его статус и легитимность правителя. Его влияние на изображение представителей властных элит можно будет проследить во многих последующих парадных портретах.

Такие произведения искусства как Портрет Генриха VIII от Ганса Гольбейна Младшего и Конный портрет Карла V от Тициана — отличные представители парадного портрета того времени. Несмотря на то, что в них множество различий, от динамики поз, одеяния и формата изображения (в полный рост на коне на одной и по пояс на другой), они сочетают в себе признаки парадных портретов эпохи возрождения: монументальность, величественность, продуманность (особенно живописный хмурый фон у Карла V, который выглядит на контрасте еще более уверенно) и особо подчеркнутый (в данном случае богатой одеждой и сине-золотой цветовой палитрой у Генриха и царственным красным и сверкающими доспехами у Карла) высокий статус изображаемого.

Портрет Фернандо Ниньо де Гевары от Эль Греко же не следует канонам, это связано с личной историей художника, который пережив тяжелый опыт и лишившись расположения короля не постеснялся изобразить высокопоставленное лицо более искренне. Кардинал изображается не как благородный, безупречный и возвышенный сановник, а как противоречивый человек, что отражается и в приглушенной сероватой палитре и в суровом но не благородном выражении лица. Огромное внимание уделяется складкам на его одежде, немного отнимая внимание от лица.

Ближе к 17 веку потребность абсолютной монархии в укреплении и легитимизации власти была также сильна, а католическая церковь, утратившая былое влияние, нуждалась в новых формах для убеждения населения в том числе в живописи. Благодаря сменившейся философии в искусстве человека начали стараться показывать глубже, сложнее и драматичнее. Это все значительно повлияло на искусство парадного портрета эпохи барокко, который многое брал из ренессанса, совершенствуя и вкладывая новые смыслы.

Портреты Карла I на охоте от Антониса ван Дейка, маркизы Бриггиты Спинолы Дориа от Питера Пауля Рубенса и Людовика XIV от Гиацинта Риго демонстрируют своим примером все роскошество, эволюцию и закрепление канонов барочных парадных портретов. Сразу бросается в глаза низкая линия горизонта, вынуждающая зрителя ощущать себя смотрящим на героя снизу вверх, что подчеркивает расстановку сил и статус особы, создавая дистанцию между героем т зрителем. Неизменен акцент на символах величия и роскоши, а образы властных персон сложные и идеализированные, все направлено на демонстрацию величия.

Помимо гордых уверенных поз видны сложное платье и рюши у маркизы, буквальная латинская надпись «Карл I, король Великобритании» справа внизу на камне у Карла I, и естественно все признаки монаршей особы у «короля солнца» Людовика XIV, а именно дорогое роскошное одеяние, меха, скипетр, корона, мантия. Внимание также приковывает новый уровень детализированности и сложности произведений (контрастность, игра света, сложная перспектива, отличная передача текстур, особенно впечатляющих в портрете маркизы), что пришло благодаря развитию и улучшению художественных техник.

И на фоне ярких примеров барочного парадного портрета картина Диего Веласкеса «Менины» особенно интересно смотрится как переосмысление парадного портрета того времени. На картине несомненно изображены монархи, но лишь отражениями в зеркале, что лишает их привычной властности. Главная героиня — юная пятилетняя принцесса, еще и полностью окруженная прислугой, можно увидеть карлика и что еще более интересно — самого художника, которые обычно оставались невидимы. Сама картина демонстрирует процесс создания этого портрета, а не величественный итог, а перспектива не отдаляет зрителя, а дает зрителю вовлечься в сцену, не просто наблюдая за ней. Эти детали лишают атмосферу привычной и должной величественности и доминирования и в целом совершенно смело играют с канонами барочного портрета.

Как реакция на чрезмерную пышность и избыточность барокко приходит классицизм а затем и неоклассицизм. В стилях заметно возвращение к античности как к символу гармонии, во многом стремление к большей лаконичности, рациональности и порядку. Все это не могло не отразиться и на парадных портретах.

И в портрете Екатерины II — законодательницы в храме богини Правосудия от Дмитрия Левицкого (классицизм) и в портрете Наполеона на императорском троне написанным Жаном Огюстом Домиником Энгром (неоклассицизм), произведениях примеры парадных портретов своего направления, неизменно видно величие правителей по позам, выражению лиц и впечатляющему заднему плану отсылающему к античности драпировками и колоннами. Позы спокойные и статичные, цвета более приглушенные и чистые, никуда не ушла неизменная идеализация правителей.

Несмотря на свои различия в идеологии (где потрет Екатерины доносит до нас идеалы служения государству и просвещения, а наполеона — имперской монументальности и порядка) эти парадные портреты классицизма и неоклассицизма оба наполнены продуманными символами, такими как (у Екатерины) орел с оливковой ветвью сидящий на книгах, статуя фемиды с весами, различные ордена за заслуги перед государством, сгорающие маки в жертвеннике, корабли русского флота на заднем плане; (у наполеона) пчелы на троне и одеяниях, скипетр Карла Великого, держава, жезл правосудия, медаль почетного легиона. У обоих на голове лавровый венок триумфатора.

Заказанная друзьями художника работа «Екатерина II на прогулке в Царскосельском парке» Владимира Боровиковского стала очень заметным примером деконструкции парадных портретов. Легко сравнить его с вышепоказанными портретами, на одном из которых как раз Екатерина II в храме богини правосудия представлена канонично. Тут же одежда неофициальная, поза сдержанная, отсутствуют атрибуты власти, заметно продемонстрирован пожилой возраст императрицы, что контрастирует с привычной идеализацией внешности монархов. Работа не впечатлила саму Екатерину II, но стала очень важным вкладном в искусство.

Ближе к 19 веку под влиянием индустриализации, революций, подрыванию статуса аристократии, размыванию границ между сословиями и (снова) повышения интереса общества к роли и внутреннему миру личности помимо родословной, портреты эпохи реализма снова меняются, художники позволяют себе большую свободу в ракурсах и попытках раскрытия героя, но парадные портреты, заказанные представителями высших сословий, продолжают сохранять многие свои каноничные признаки из прошлых эпох, потому что цель парадного портрета, а именно демонстрация статуса, закрепление публичного образа и исторической роли не изменились. И портрет Портрет Наполеона III от Франца Ксавера Винтерхальтера отлично это демонстрирует. От линии горизонта и атрибутов власти до позы и цветов.

После прихода к власти советского правительства сменились и режим и идеология. Советский режим относился к монархии резко негативно, считал ее пережитком прошлого и работал над тем, чтобы ликвидировать все связанные с монархией институты. Но как и монархии в свое время, советской власти требовались все доступные способы донесения своих идей и смыслов для укрепления власти.

Естественно, парадные портреты также стали способом пропаганды. И если под нуждами времени стиль изменился и аллегорию сменили более прямые понятные массам народные идеологические посылы, то внутренний стержень остался тем же сам и парадный портрет все еще был идеологическим инструментом, многие правила, формировавшиеся столетиями и доказавшие свою эффективность и интуитивную понятность, остались.

Портрет И. В. Сталина от художника А. М. Герасимова, Ленин на трибуне от А. М. Герасимова, Портрет маршала Г. К. Жукова от П. Д. Корина — примеры того как выглядели парадные портреты того времени.

В них невозможно не заметить все то же возвеличивание изображаемых фигур благодаря монументальности, ракурсам, идеализации образов, уверенным позам, и все это с новой идеологической направленностью, где важна не просто отдельная личность, но ее репрезентация как обобщенного идеализированного символа представителя члена советского общества, в данном случае советской власти.

Появление такого жанра как портрет не требует объяснений: запечатление лиц себя или других людей это естественное желание. Парадный же портрет это желание возводил в абсолют, он играл важнейшую политическую и социальную роль, вокруг него создавались каноны, через него передавались смыслы и послания, он служил одной из форм протеста и деконструкции. Этот жанр расцвел от востребованности элит в усилении монархического строя, прошел огромный исторический путь, менялся и деконструировался под воздействием новых веяний, сохраняя мощнейшие приемы, которые пройдя века были на столько качественными, что даже советская власть, полностью отрицавшая все связанное с монархией не отказалась от концепции парадных портретов, сохранив, переварив и присвоив их основную идею.