Рубрикатор
Владимир Куприянов — «театральный режиссёр по образованию, художник по жизни», который переосмыслил фотографию как материал, а не как момент запечатления реальности. Он работал как с собственными снимками, так и с найденными изображениями, включая книжные гравюры, репродукции и архивные фото, превращая их в сложные фотообъекты и инсталляции, где важны не только образ, но и способ печати, рамка, ритм выставки.
Практики Владимира Куприянова занимают особое место в истории отечественной фотографии конца XX — начала XXI века, поскольку находятся на пересечении документального изображения, архивной работы и инсталляционного мышления.
Концепция
Ранний портрет: Автор неизвестен. Владимир Куприянов. Начало 1980-х гг
Владимир Куприянов. Семейный альбом. 1990–1992
В 1980-1990-х годах, на фоне распада советской визуальной системы и появления новых художественных подходов, Куприянов начинает работать с найденными фотографиями, негативами, архивными материалами. Эти источники становятся для него не просто документами прошлого, а полноценным художественным материалом. Важно, что он не ограничивается репрезентацией изображений: он вмешивается в их структуру, увеличивает, тиражирует, переносит на различные носители — от фотобумаги до стекла и прозрачных плёнок. Таким образом, фотография у него перестаёт быть плоским объектом и начинает функционировать как пространственная форма.
Произведения В. Куприянова в экспозиции «Тень времени», галерея POP/OFF/ART. Москва, июнь 2021
Произведения В. Куприянова в экспозиции «Тень времени», галерея POP/OFF/ART. Москва, июнь 2021
С технической стороны Куприянов постоянно играл с кадрированием, дублированием, виражем, раскраской и наложением нескольких изображений, создавая эффект многократного «провисания» времени в одном кадре. Особое значение в его практике приобретает вопрос масштаба. Многие работы Куприянова существуют в увеличенном формате, что принципиально меняет способ их восприятия.
Владимир Куприянов. Поминки. 1991
В этом контексте важно проследить, как меняется его работа с материалами на протяжении времени: от традиционных фотографических носителей к более сложным, многослойным конструкциям. Такая хронология позволяет увидеть, что выбор технологии у Куприянова никогда не случаен — он связан с задачей переосмысления памяти, архивов и визуального наследия. Его интерес к найденным изображениям и их трансформации можно соотнести с более широкими тенденциями в европейском искусстве того периода, где также активно развивались практики работы с архивом и «чужой» фотографией.
Владимир Куприянов. Эрмитаж. 1994
Актуальность темы обусловлена тем, что практика Куприянова позволяет по-новому взглянуть на фотографию. В условиях, когда изображение становится всё более нематериальным и цифровым, его работы, напротив, подчеркивают физическое присутствие фотографии и её зависимость от материала. Это делает его подход особенно значимым для понимания не только истории, но и современных процессов в искусстве.
Визуальное исследование поделено на 3 основных главы, каждая из которых посвящена определённой логике работы с изображением: архивные фотокарточки и работа с ними, масштаб и серийность.
Архив как материал
Владимир Куприянов снимает и сам, но в большинстве случаев всё же имеет дело с уже существующей фотографией, выступая в роли архивиста, коллекционера, исследователя.
Ранний этап практики Владимира Куприянова формируется в конце 1980-х — начале 1990-х годов и связан с радикальным пересмотром роли фотографии в жизнях людей и в творчестве в принципе. В этот период художник как раз-таки отказывается от идеи создания «нового» изображения и обращается к уже существующему визуальному материалу — любительским снимкам, книжным изображениям, найденным негативам. Работая с имеющимися архивами как с пластилином, он переосмысливает традиционные подходы к фото.
Владимир Куприянов. Любовь неземная. Первая часть диптиха. 1991-1994
Источником его работ становятся фотографии, изначально не предназначенные для художественного контекста. Это бытовые изображения советского времени — праздники, портреты, сцены повседневной жизни. В своём исходном состоянии они существуют как часть частной памяти и не претендуют на публичность. Перенося их в выставочное пространство, художник меняет их статус: личное становится общим, а анонимное — публичным и значимым. Это и становится отличительной чертой ранних работ Куприянова. Он не стремится «сохранить» оригинальный смысл изображения, а напротив, кадрирует его, многократно печатает, тиражирует и переносит на разные поверхности, подчеркивая, что любая фотография может и уже существует в нескольких копиях и нескольких контекстах одновременно.
Владимир Куприянов. Семейный альбом. 1989
Изображение, изначально предназначенное для частного просмотра, оказывается в выставочном пространстве и приобретает монументальность.
Владимир Куприянов. Любовь неземная. 1991-1994
Владимир Куприянов. Любовь неземная. 1991-1994
Владимир Куприянов использует не только архив как материал, но и все сопутствующие этому архиву детали. Так, цветная калька служила защитным слоем для фотографий в старинных альбомах. Куприянов же превращает её в некоторую вуаль, скрывающую очертания персонажей на найденных фото. Фотографии в серии взяты из личных и дружеских архивов: «Балашиха» (1992) — место, где рос Куприянов, «Щит» (1991) с фотокарточками военных, «Наши» (1991), «Теща» (1991), одиночные и групповые портреты родственников и т. д. Чьи-то снимки, сделанные на память, декорированы разноцветными слоями бумаги, скрывая половину изображения или оставляя лишь тонкую щель.
Владимир Куприянов. Облака. 1991
Владимир Куприянов. Надюша. 1991
Владимир Куприянов. Затишье. 1991
В серии «Фестиваль» (1957–1991) также представлены в основном не личные снимки Куприянова, а аутентичные фотографии очевидцев событий, которые он нашёл, переработал и включил в свои объекты‑инсталляции. Здесь он не интересуется конкретными лицами или сценами, а стремится выявить собирательный образ фестиваля. Снимки распечатаны на целлюлозной цветной бумаге, что также задаёт атмосферу праздника.
Владимир Куприянов. Фестиваль. 1957-1991
В цикле «Среднерусский ландшафт» (1985), Владимир Куприянов, выбирая анонимные снимки, переделывал их, чтобы выявить общие, типичные черты образа. Художник печатал «обычные» фотографии на разных поверхностях, как бы встроив идею ландшафта прямо в материал. В результате видим серию, похожую на снимки из семейного альбома, специально нанесённые на помятую бумагу так, чтобы типичный кадр приобрёл свою особую художественную фактуру, которая метафорически отсылает к названию серии.
Владимир Куприянов. Среднерусский ландшафт. 1985
В серии «Выпускники» (2000-2004) автор вновь берёт архивные вылизанные фотокарточки выпсукников и играется с печатью и наложением фото друг на друга. В результате получается уникальный эффект раздвоения и расплывчатости лиц.
Владимир Куприянов. Выпускники. 2000-2004
Работа с масштабом
Если в ранних проектах он впервые вводит архивные и семейные фотографии в выставочное пространство, то на более позднем этапе (конец 1990‑х — первая треть 2000‑х) его интерес фокусируется на том, как именно масштаб переводит частное в публичное, интимное — в монументальное, а документальное — в театральное.
Куприянов принципиально увеличивает маленькие, бытовые, часто технически несовершенные снимки до крупного выставочного формата.
Владимир Куприянов. Памяти Пушкина. 1984. Экспозиция выставки «Владимир Куприянов. Возвращение времени»
Владимир Куприянов. Не отвержи мене отъ лица Твоего. 1991. Экспозиция выставки «Владимир Куприянов. Возвращение времени»
Одной из первых заметных манифестаций работы с масштабом становится использование увеличенных семейных фотографий. То, что изначально было рассчитано на просмотр в руках, в альбоме или в руках одного человека, вплотную приближается к зрителю и занимает в пространстве значительную площадь. Такие снимки, будучи частью многосоставных панно или полиптихов, уже не читаются как частные документы, а становятся фигурами публичного ритуала — похожими на мемориальные доски или иконы. В этих работах Куприянов показывает, как изменение размера переписывает значимость изображения: из семейного памятника оно превращается в импровизированный монумент, где частная память обретает почти парадный, церемониальный характер.
Владимир Куприянов. Фотоскульптура из диптиха «Родионовы». 1991 год
Проект «Поминки» развивает ту же логику, но уже в более явном жанре мемориальной фотографии. Здесь художник использует удвоения, кадрирования, повторы.
Работа составлена из отдельных элементов, что, с одной стороны, — техническое решение для создания крупномасштабного изображения, а с другой — отсылка к структуре иконостаса. Взгляд из прошлого сравни персонажам с фресок гробниц, напоминают о быстротечности времени бренности бытия.
Владимир Куприянов. Поминки. 1991
В проекте «Не отвержи мене отъ лица Твоего» ведётся разговор о памяти, утрате, потере опоры; существует тут и тема конца советской эпохи. Название взято из молитвенного обращения, что подчёркивает универсальность переживания: это не частная история, а собирательный образ поколения, которое «не хочет быть отвергнуто», но уже понимает, что прежний мир рушится.
Масштаб произведения усиливает эффект. А разделение на фрагменты — характерная черта концептуальной фотографии. Зрителю предлагается рассматривать фотографию от частного к целому и наоборот.
Владимир Куприянов. Не отвержи мене отъ лица Твоего. 1991
Серийность
Куприянов интересуется не отдельной исторической сценой, а тем, как эта сцена существует в памяти, как она повторяется в клишированных жестах, композициях, мимиках. В серии он как раз и демонстрирует это повторение: несколько снимков выпускников, несколько кадров с фестивалей, несколько «поминок» — не для того, чтобы удовлетворить любопытство, а чтобы показать, как в каждом из них складывается один и тот же собирательный образ эпохи, ритуала, типа поведения.
Владимир Куприянов. Среднерусский ландшафт. 1985
В традиционном фотоисторическом мифе фотография ценится как зафиксированное единственное, неповторимое мгновение. Владимир Куприянов сознательно подрывает эту идею, показывая, как в серии несколько однотипных кадров образуют единый визуальный язык. У него важен не «решающий момент», а повтор и различие внутри повтора: как в каждом следующем кадре серии видно и то же, и иное, как варьируется ракурс, обрезка, цвет, материал, но сохраняется общий образ.
Серии у Куприянова напоминают архив, семейный альбом, фотопапку — они не выглядят как «галерея избранных шедевров», а как собранные материалы памяти, иногда даже несколько случайные, бракованные, неудачные.
Владимир Куприянов. Наши. 1991
Серия «Сергиевское» (2006–2009) — трибьют родной деревне родителей, из которой они уехали в Москву в 1950-е, где родился Владимир. Когда же в начале двухтысячных мать с отцом вернулись на свою малую родину, Куприянов стал воспринимать свои поездки к ним как полноценные фотоэкспедиции. Его внимание привлекали прежде всего самобытные сельские жители и их уклад жизни, и эти наблюдения он фиксировал, избегая всякой нарочитой эстетизации.
Центральное место в серии занимают три портрета: бабушка, дядя и местный пастух. Все трое застигнуты в момент экспрессивной жестикуляции обращенной к зрителю. Куприянов обрезал каждый портрет по плечи, и в результате в фокусе оставались лицо, а рука, на переднем плане, «в подвижном» состоянии. Благодаря этому зритель становился адресатом безмолвного посыла, сопровождаемого многозначительным взглядом.
Владимир Куприянов. Сергиевское. 2006-2009
Владимир Куприянов. Сергиевское. 2006-2009. Экспозиция выставки «Владимир Куприянов. Возвращение времени»
Серия из 16 работ «Памяти Пушкина» — самая настоящая поэзия в портрете. Вглядываясь в лица изображённых на фото женщин, зритель невольно ассоциирует их личности с написанными ниже строчками из произведений Александра Сергеевича Пушкина; начинает видеть лиричность и трагедию там, где её на самом деле нет.
Владимир Куприянов. Памяти Пушкина. 1984
Владимир Куприянов. Памяти Пушкина. 1984
16 портретов сотрудниц телефонной станции, созданных Куприяновым по заказу, изначально предназначались для доски почета. Поэтому обработка самих фотографий минимальна или практически отсутствует. После сдачи заказа Куприянов использует материалы в художественных целях, монтирует кадры с текстом. Каждый портрет сопровождает строчка из стихотворения Александра Пушкина «Погасло дневное светило…», что определяет форму экспонирования. Зритель читает стихотворение, воспринимая выражение лиц героинь в качестве иллюстративного ряда. Поэтические эпитеты начинают воздействовать на трактовку образа каждого персонажа, и нам кажется, что в глазах телефонисток действительно «бушует океан».
Владимир Куприянов. Памяти Пушкина. 1984
Заключение
Таким образом, практики Владимира Куприянова показывают, что фотография у него становится не просто фиксацией момента, а способом работать с памятью, архивом и коллективным опытом; он берет анонимные, типовые снимки и через серию, повтор, монтаж и изменение материала превращает их в художественные объекты, где обычное изображение обретает новый смысл. Его интересует не уникальный кадр, а то, как через похожие фотографии можно увидеть время, историю и судьбу целого поколения. Отдельно стоит подчеркнуть, что Владимир Куприянов изменил сам подход к фотографии. Он перерабатывал снимки, превращая их в настоящие произведения искусства.
«Для художника пленка являлась носителем памяти и культурной эстетики: в любительской съемке он находил портреты, сцены досуга и быта, фоном которых служили глобальные события эпохи» (Анастасия Котельникова, кураторша выставки «Семейный альбом»)
Владимир Куприянов. Любовь неземная. 1991-1994
https://www.kommersant.ru/doc/7232491 (дата обращения: 01.05.2026)
https://academiarah.ru/magazines/2021/4/vladimir-kupriyanov-ischeznovenie-fotografii-k-pervoy-posmertnoy-vystavke-khudozhnika-ten-vremeni-v-galeree-popoffart (дата обращения: 01.05.2026)
https://iskusstvo-info.ru/sobiratelnyj-obraz-vladimira-kupriyanova/ (дата обращения: 01.05.2026)
https://www.kommersant.ru/doc/7232491 (дата обращения: 01.05.2026)
https://yeltsin.ru/affair/vladimir-kupriyanov-vozvrashenie-vremeni/ (дата обращания: 01.05.2026)
https://iskusstvo-info.ru/sobiratelnyj-obraz-vladimira-kupriyanova/ (дата обращения: 01.05.2026)
https://academiarah.ru/magazines/2021/4/vladimir-kupriyanov-ischeznovenie-fotografii-k-pervoy-posmertnoy-vystavke-khudozhnika-ten-vremeni-v-galeree-popoffart (дата обращения: 01.05.2026)
https://tatlin.ru/articles/vladimir_kupriyanov_pamyat_zapechatlennaya_v_fotoobektax (дата обращения: 01.05.2026)
https://museum-az.com/artists/vladimir-kupriyanov//?time=&kind=&sort=year_desc (дата обращения: 01.05.2026)
(дата обращения: 01.05.2026)
https://www.popoffart.com/artists/vladimir-kupriyanov (дата обращения: 01.05.2026)
https://www.sobaka.ru/entertainment/art/201448 (дата обращения: 01.05.2026)