Original size 1140x1600

Стена вместо страницы: как фотография стала картинной формой

This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
The project is taking part in the competition

Концепция

На выставках современного искусства фотографии обычно висят как картины: в раме, под стеклом, с отдельным светом, и нередко занимают стену целиком. Глядя на них, я задумалась, в какой момент произошёл переход от документальной фотографии к художественной. Оказалось, что у этого есть и довольно точное время, и своё название.

Название придумал французский критик Жан-Франсуа Шеврие — картинная форма, tableau form. Так он назвал фотографии, которые делаются сразу для стены и рассчитаны на то, что зритель встанет перед ними и окажется с изображением лицом к лицу. Майкл Фрид взял это понятие в книге 2008 года и добавил к нему свой сюжет — поглощённость и антитеатральность, то есть вопрос о том, ведут ли себя люди в кадре так, будто на них никто не смотрит. Фрид считает, что у Шеврие этой стороны нет, так что он не пересказывает его, а спорит и достраивает.

Начало картинной формы Фрид относит к концу 1970-х и называет трёх авторов из трёх стран: Джеффа Уолла с его лайтбоксами, Жан-Марка Бюстамана с серией «Tableaux» и Томаса Руффа, который в середине 1980-х стал печатать портреты высотой в два метра.

Из этих трёх линий я подробно разбираю две. Первая — дюссельдорфская: Бернд и Хилла Бехер, их метод и их ученики, Руфф, Штрут и Гурски. Вторая — Уолл, у которого крупный формат вырастает из совсем другого источника: из постановочного кадра и из живописи XIX века. Бюстаману я отвожу один короткий блок, потому что его работы важны для вывода: «картины» у него по метру с небольшим, и уже это показывает, что дело не в гигантском размере. Руфф работает связкой между первой линией и второй: он и ученик Бехеров, и один из тех, на ком Фрид строит разговор о картинной форме.

Материал я отбирала так, чтобы каждая работа показывала не сюжет сам по себе, а способ существования изображения: его размер, печать и то, как оно висит. Поэтому в исследовании есть и небольшие чёрно-белые типологии Бехеров, и крупноформатные цветные работы их учеников, и лайтбоксы Уолла, и в подписях я везде указываю размер: без него разговор о картинной форме не имеет смысла. Изображения я брала из собраний музеев и с сайтов галерей, представляющих этих авторов, чтобы данные о работах были достоверными.

Принцип рубрикации работает от метода к следствию. Сначала я показываю документальный метод Бехеров и его истоки в немецкой фотографии начала века. Затем прослеживаю, как ученики переносят этот метод на новые сюжеты и наращивают формат. Третья глава — вторая линия, Уолл и Бюстаман, где крупный формат появляется независимо от Дюссельдорфа. Завершает работу глава о картинной форме: что большой размер и монтаж на акрил сделали с положением зрителя и со статусом фотографии в музее.

При работе я опираюсь на книгу Фрида, на статью Шеврие о приключениях картинной формы в истории фотографии, на сборник Штефана Гронерта о дюссельдорфской школе и на материалы музейных собраний.

Исследование поднимает вопрос о том, что крупный формат изменил в отношениях между фотографией и зрителем, и выдвигает гипотезу, что размер сам по себе статус фотографии не менял: он стал условием, при котором фотография впервые поставила вопрос об отношениях изображения и стоящего перед ним зрителя — вопрос, до того принадлежавший живописи. Метод съёмки при этом мог не меняться вовсе, что хорошо видно на дюссельдорфской линии.

Глава 1. Метод: типология Бехеров и её истоки

Метод, с которого всё начинается, выглядит предельно скупо. Объект снимается строго фронтально, в пасмурную погоду, чтобы не было резких теней и драматического света, целиком и без окружения, которое могло бы его объяснить. Один снимок почти ничего не сообщает: башня как башня. Смысл появляется, когда рядом встаёт второй такой же объект, потом третий, и зритель начинает сравнивать не содержание кадров, а форму самих сооружений. Эту идею Бехеры не придумали с нуля: у неё есть два источника в немецкой фотографии начала века.

Зандер: серия как способ увидеть систему

Первый источник — Август Зандер и его «Люди XX века». С 619 фотографиями, сделанными в основном между двумя мировыми войнами, Зандер пытался построить типологию, которая отражала бы спектр социальных классов и профессиональных групп своего времени. Он начал продумывать структуру проекта в середине 1920-х, разделив снимки на семь групп, включавших не менее сорока пяти отдельных портфолио, каждое из которых представляло свой срез немецкого общества. Важно здесь то, что он снимал людей одинаково и ставил рядом: лицо перестаёт быть частным и становится позицией в системе. Ровно это Бехеры потом сделают с промышленными сооружениями.

Original size 2258x1450

Портфолио I/1 «Молодой крестьянин» из проекта «Люди XX века», 21 работа (на фото 15). Август Зандер. 1892–1930. Желатиносеребряные отпечатки, каждый около 25,4 × 17,8 см. The Museum of Modern Art, New York.

Ренгер-Патч: объект вместо впечатления

Второй источник — Альберт Ренгер-Патч и «новая вещественность». Его книга «Die Welt ist schön» («Мир прекрасен») вышла в 1928 году и считается визуальным манифестом этого направления. Сам фотограф хотел назвать её «Die Dinge» («Вещи»), название придумал издатель, и авторский вариант точнее описывает суть: фотограф показывает вещь, а не своё впечатление от неё. Он снимал промышленность, технику, растения и бытовые предметы вплотную, без атмосферы и без человека. Это та же оптика, что потом у Бехеров, только без серии.

Бехеры: отдельный объект

Бехеры познакомились в Дюссельдорфской академии в 1957 году, начали работать вместе в 1959-м и около сорока лет фотографировали исчезающую промышленную архитектуру Европы и Северной Америки. Снимали водонапорные башни, угольные бункеры, газгольдеры, заводы, изображения всегда были чёрно-белыми, в документальной манере и никогда не включали людей. Отдельный кадр у них устроен так, что объект занимает почти всю плоскость и держится в центре, а небо работает как ровный серый фон. Никакой попытки сделать сооружение величественным здесь нет, и именно поэтому оно выглядит как скульптура, а не как иллюстрация к производству.

Original size 2144x1168

«Газгольдер, 1959, Вупперталь», из портфолио «Industriebauten». Бернд и Хилла Бехер. 1963. Желатиносеребряный отпечаток, 19,6 × 15,5 см. San Francisco Museum of Modern Art.

Original size 2164x1116

«Копры». Бернд и Хилла Бехер. 1972. Два отпечатка, 24,1 × 24,1 см и 24,1 × 20,6 см, подложка 27 × 54,6 см. National Gallery of Art, Washington.

Бехеры: типология и сетка

Основной формой работы была типология: много снимков одного типа сооружения, показанных вместе, часто сеткой. Здесь важна двойная арифметика размера. Отдельный отпечаток небольшой, около 40 сантиметров, но собранная из девяти или шестнадцати таких кадров типология занимает полтора-два метра стены. Сами Бехеры называли свои объекты анонимными скульптурами, это же название получила их книга 1970 года, а в 1990 году они получили награду Венецианской биеннале в разделе скульптуры — за то, как их снимки показывают скульптурные свойства архитектуры.

Метод Бехеров — это не способ снимать, а способ показывать: он держится на сравнении, а не на отдельном кадре. И крупный размер берётся у них не из снимка, а из сетки: стена заполняется складыванием, а не увеличением. Дальше я показываю, что меняется, когда ученики печатают одним куском изображение такого же размера и больше.

Глава 2. Метод в большом формате: человек, город, толпа, природа

Ученики Бехеров разошлись по совершенно разным сюжетам, но делали с ними одно и то же: снимали в упор, фронтально, без эмоции и без попытки поймать момент. Изменился носитель. Вместо чёрно-белого отпечатка размером с лист бумаги появился цветной отпечаток, наклеенный на акрил, высотой в человеческий рост и выше. В этой главе я показываю это по четырём сюжетам и в каждом даю размер работы, потому что именно он и есть предмет исследования.

Человек

Томас Руфф начал снимать портреты в 1981 году, ещё студентом Дюссельдорфской академии. Человек стоит прямо и фронтально, свет ровный, фон нейтральный, никакого характера фотограф показать не пытается: это паспортная фотография, увеличенная до размеров картины. Руфф первым из класса стал радикально увеличивать свои снимки. Лучше всего это видно на двух отпечатках одной серии: «Портрет (П. Штадтбоймер)» 1988 года напечатан размером 24 × 18 см, а другой портрет того же года — высотой 210 см. Один рассматриваешь в руках, перед другим стоишь.

Стена вместо страницы: как фотография стала картинной формой
Project created at 20.11.2026
brnd
For us, a startup is a creative and innovative project with great potential for growth. We are dedicated to finding the best projects and helping them refine their concept, develop branding, and create effective promotion strategies. We also invest in production and replication to ensure their success. Are you ready to take your business to the next level? Join our startup incubator program and let us help you grow.
Brand accelerator
Startup ideas
Marketplace shops
We use cookies to improve the operation of the website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fo...
Show more