«Запахло дождём» исследует состояние ожидания неизбежной утраты. Запах дождя становится метафорой предчувствия перемен: окружающий мир ещё остаётся прежним, но внутренне человек уже понимает, что скоро всё изменится. Каждая работа обращается к этому хрупкому моменту между настоящим и потерей.
Лето во что-то верит. поэтому умирает так смело. Лету нисколько себя не жаль — оно что-то знает. Оно знает что оно будет снова! Оно умрет совсем ненадолго, а потом снова родится. И снова умрет… Оно привыкло. Хорошо, если бы я привык умирать и рождаться. Как это грустно и как весело!..
Тема родилась после прочтения сказки Сергея Козлова «Правда, мы будем всегда?»: через призму разговоров об утрате, открывается тонкая материя для рассуждения о «конечности» бытия и о предощущении, которое возникает при попытке осмыслить предстоящую утрату.
«До хрипоты, до немоты» — личная работа о любви, которая ещё не успела стать реальностью, но уже кажется слишком важной, чтобы не бояться её потерять.
Меня вдохновила песня Хаски «О любви» и строка: «Я искал любви до хрипоты, до немоты».
В ней для меня звучит усталое, почти отчаянное желание быть любимой — и страх снова ошибиться в человеке. Когда любовь наконец оказывается рядом, появляется не только надежда, но и тревога: будто собственная неуверенность, слишком много мыслей и ожиданий способны разрушить всё раньше, чем чувство успеет вырасти.
Я рисовала на ткани крашеным льдом. Лёд становится метафорой этого состояния: он оставляет след, но не может удержаться; он существует лишь короткое время и исчезает на глазах из рук.
Любовь в работе находится в моменте тревоги — когда всё ещё хорошо, но внутри уже живёт предчувствие потери.
В центре полотна 2×2 метра — испуганный заяц, внутри которого живёт волк. Волк не нападает извне: он находится внутри самого зайца. Это образ тревоги, которую человек создаёт и усиливает сам, боясь собственных мыслей, реакций и того, что именно он может разрушить зарождающуюся любовь.
Также, я заключаю себя (и даю эту возможность зрителю) в «тканевые колодки», усиливая метафору заключенности в собственной тревоге.
«До хрипоты, до немоты» — это попытка говорить о любви, которую ищешь слишком долго, а найдя, боишься спугнуть.
перед просмотром портфолио рекомендуется включить следующую звукозапись /
для группового проекта мною была написана мелодия для выставки.
в треке используются звуки воды, записанные вручную, шёпот, а также стихотворение собственного написания.
Для моего арт-объекта была выбрана техника рисования льдом, а именно замороженной краской.
Я заморозила краску в специальной формочке, при этом сделав «ледяные мелки» разной контрастности.
Рисовать было больно.
Порою руки замерзали настолько, что приходилось бежать и греть их в горячей воде.
Эскиз
На полотне 2×2 метра, помимо вышеупомянутых зайца и волка, можно наблюдать портрет лирической героини, ещё не распустившиеся, но уже вянущие цветы, ветки дерева с замками «любви», уроборос, поедающий сам себя, а также прочие символы.
работа и помощница
Заключение в «тканевые колодки»
Почему такая локация?
Это пространство послесловия криминальной истории: в 2001–2006 годах здесь совершал преступления Александр Пичушкин. Преступник изолирован, расследование завершено, однако само место не становится нейтральным.
Обыденный лес — тропы, тишина и море деревьев сохраняет тревожное знание о прошлом. Это инверсия утраты: событие закончилось, но вместе
с ним утрачено безусловное чувство безопасности, ощущение надвигающейся угрозы осталось.
автор дизайна Папенко Софья
.....
звук тишины.
скрипучие очи
от доблестной ночи
всё громче рябят.
звук, сжирающий счастье
любовь проглотивший как ложку супа.
чавкает громко, что уши вот-вот лопнут.
уже проглотил даже кость, и крошки не оставил.
страшно жить,
будто ты ничего не знаешь, не видел, не чувствовал.
а дальше мигающий свет, похожий то ли на сигнал,
то ли на насекомое, которое доживает свои последние минуты.
тик. тик. тик.
мигает так, что тревожность берет свое над моим сердцем, а легким будто не хватает воздуха.
и вот, ты мечешься из стороны в сторону.
бьешься об стеклянную поверхность бутылки.
и с тобой остается не то надежда,
не то горькое осознание,
что ты — лишь муха.
а судьба — лишь в руках хозяина банки.
открутит?
выживешь.
закрутит потуже?
конец.
.....
Искоркина М.Ю.
монтаж/музыка — Искоркина Маргарита
съёмка — Папенко Софья, Искоркина Маргарита, Ахидова Арина, Кардаш Никита
