Аннотация
В статье исследуется, как меняется архитектурная логика мобильного жилища при переходе от экипажа «Wanderer», построенного в Великобритании в 1885 году, к виртуальным домам на колёсах в играх «RV There Yet?» и «Outbound». Предмет сравнения — не внешний облик машин, а способы согласования двух функций: движения и обитания. На историческом материале показано, что архитектура каравана складывается в том числе за пределами кузова: пригодность жилого объёма зависит от тяги, дороги, места остановки и обслуживания в пути. Ставится вопрос о том, чем логика архитектуры реального мобильного дома отличается от логики виртуального мобильного дома, и какие теоретические проблемы это различие открывает для истории и теории мобильной архитектуры. Делается вывод, что видеоигры не столько «симулируют» мобильное жилище, сколько конструируют его нормативную модель, в которой снимаются ключевые противоречия реальной мобильной архитектуры.
- Введение
- «Странник»: жилой интерьер, который надо везти.
- От жилого экипажа к автодому: что изменил двигатель.
- Виртуальный дом: различие между видимым и действующим.
- «RV There Yet?»: дом, который нужно провести через ландшафт.
- «Outbound»: дорога как условие обустройства.
- Сопоставление: чем виртуальный дом. отличается от реального и какие проблемы это открывает.
- Заключение.
- Источники изображений.
- Библиография.
Введение
Технологический прогресс способствует развитию мобильности, портативности во всех сферах человеческой жизнедеятельности. Помимо стационарных компьютеров у нас появились ноутбуки. Современный смартфон, соединяющий в себе сразу с десяток функций разных гаджетов, умещается на ладони и не покидает карман современного человека практически никогда.Тоже самое произошло и с человеческими жилищами. Нет, идея кочевничества восходит истоками тысячелетия назад, но сильный толчок идея удобного, комфортного мобильного дома получила только меньше ста пятидесяти лет назад.
Дом на колёсах — предельный случай архитектуры, в котором жилище должно одновременно быть зданием и транспортным средством.
У дома на колёсах есть особая архитектурная задача: вещи, которыми человек пользуется на стоянке, должны благополучно доехать до следующей. Стол удобно поставить у окна, но в пути имеет значение, как он закреплён. Шкаф можно сделать вместительнее, однако его содержимое увеличит массу машины. Поэтому план мобильного жилища нельзя оценить отдельно от того, что происходит до остановки и после неё. Его приходится читать как минимум дважды: в состоянии покоя и в состоянии движения.Видеоигра позволяет разделить эти состояния гораздо свободнее. Виртуальный шкаф может занимать место, но ничего не весить. Предмет, поставленный на полку, может остаться на ней после столкновения не благодаря надёжному креплению, а потому, что его падение не предусмотрено. Возможна и обратная ситуация: обычный обеденный стол, который в рассказе путешественника заслужил бы одного предложения, в игре становится главным пространством совместной деятельности. В обоих случаях перед нами узнаваемый дом на колёсах. Однако его архитектурно значимые свойства различны.
Цель исследования — установить, чем отличается организация реального мобильного жилища от организации его виртуального аналога и какие ограничения это различие накладывает на архитектурную интерпретацию видеоигр.
Основной тезис состоит в следующем: если в реальном мобильном доме проектировщик согласует пространство с материальными условиями, которые не может отменить, то в виртуальном доме проектируется ещё и сама обязательность этих условий. Вопрос не только в том, насколько правдоподобно изображен дом на колёсах, но и в том, за какие её свойства отвечает разработчик.
1. «Странник»: жилой интерьер, который надо везти.
В 1885 году британская компания Bristol Wagon & Carriage Works построила для писателя и врача Уильяма Гордона Стейблса конный жилой экипаж «Wanderer». Свой опыт владелец описал в книге «The Cruise of the Land-Yacht „Wanderer“. Экипаж не следует называть первым в истории передвижным жилищем: задолго до него существовали повозки, в которых жили во время сезонных перемещений, торговли или работы в пути. Историческое значение „Странника“ точнее определяется через его назначение. Это заказной экипаж, в котором само путешествие с привычными бытовыми удобствами стало целью, достойной проектирования и публичного рассказа.
«Странник» писателя и врача Уильяма Гордона Стейблса. 1885–1886 гг.
Фургон длиной около 5,5 метров (18 футов) и весом две тонны был изготовлен из красного дерева (махагони), отделан изнутри кленом и выкрашен снаружи в чёрный и золотой цвета.Внутри размещались полноценная спальня с раскладным диваном, кабинет с книжным шкафом, музыкальные инструменты (включая мандолину и банджо) и умывальник с мраморной столешницей.
Внутри «Странника»
В задней части фургона находился камбуз с парафиновой плитой, раковиной и системой фильтрации воды
Внутри «Странника»
Стейблс назвал машину «land-yacht» — «сухопутной яхтой», а поездку обозначил словом «cruise». Название указывает, как владелец предлагал понимать экипаж. Яхту ценят не только за то, что она доставляет пассажира в порт: пребывание на борту составляет часть удовольствия. Эта метафора меняет статус интерьера. Жилое помещение больше не является временным укрытием между двумя пунктами назначения. Оно само становится одним из мест, ради которых стоит отправиться в дорогу. Постоянство обстановки позволяет менять пространство снаружи, не отказываясь каждый вечер от знакомого бытового порядка.
Внутри «Странника»
Однако граница этого частного пространства не совпадала с границей системы, обеспечивающей его движение. У экипажа был хорошо различимый жилой объём, но источник тяги находился снаружи. Увеличивая вместимость кузова, заказчик тем самым увеличивал работу, необходимую для перемещения дома. При выборе остановки имело значение не только удобство путешественника, но и возможность дать отдых лошадям. Если изобразить «Странника» на архитектурном чертеже только как план интерьера, самое существенное противоречие проекта останется за рамкой листа: человек хотел сохранять привычки оседлой жизни, неся их материальную тяжесть с собой.
Именно поэтому караван оказался технически непрактичным: он с трудом поворачивался и часто застревал на неплотных дорогах.
«Странник» в разрезе. Автор иллюстрации — британский художник-график Макс Миллар. 1930е-1950е.
3. От жилого экипажа к автодому: что изменил двигатель.
Переход к автомобильной тяге не был простым переносом жилой комнаты с одной колёсной платформы на другую. В книге Уоррена Джеймса Беласко «Americans on the Road: From Autocamp to Motel» рассказывается, что в истории автомобильного туризма развивались по меньшей мере два разных решения: прицепной караван и самоходный дом. Различие между ними особенно заметно не на шоссе, а после прибытия. Прицеп можно оставить на стоянке и отправиться за продуктами или осматривать окрестности на автомобиле. В самоходном доме жилая часть и транспортная база связаны: чтобы уехать, обычно приходится привести в транспортное состояние и само жилище. Следовательно, выбор конструкции определяет не только способ буксировки или управления, но и распорядок дня.
Выставка трейлеров в Лос-Анджелесе, 1936 г.
Автомобильная тяга позволила иначе организовать дальность и темп путешествия, однако не устранила зависимости от внешней среды. Вместо заботы об упряжке возникла другая сеть условий: снабжение топливом, техническое обслуживание, доступность подходящих дорог. История американского автотуризма первой половины XX века показывает, что культура самостоятельного путешествия развивалась вместе с местами остановки и коммерческими услугами для автомобилистов [2]. Здесь важен не прямой ряд наследования от британского экипажа к американскому кемперу, а повторяющийся принцип: распространение частного мобильного интерьера предполагает организацию общего внешнего пространства.
«Touring Landau». 1910 г.
Водоснабжение даёт наглядный пример того, как это обстоятельство влияет на план. Раковина выглядит как законченный предмет оборудования, но пользоваться ею можно лишь при условии подачи чистой воды и отвода использованной.
Запас на борту позволяет дольше обходиться без подключения, однако бак занимает место, а вода увеличивает нагрузку. Выбор его ёмкости фактически означает выбор между двумя способами распорядиться пространством: отдать больше объёма оборудованию либо сохранить жилой объём, согласившись чаще останавливаться для обслуживания. Инфраструктура стоянок, таким образом, тоже косвенно участвует в принятии планировочного решения.
Интерьер кастомного «Ford Model T» от 1915 г.
Поэтому автономность мобильного дома корректнее определять не как независимость вообще, а как продолжительность пользования конкретной функцией до следующего внешнего обслуживания. Один и тот же дом может долго обеспечивать спальное место и гораздо меньше времени — привычный режим пользования водой. Из этого следует методическое требование: спрашивая, автономен ли мобильный дом, необходимо уточнять, в каком отношении, на какое время и за счёт чьего труда. Без этих уточнений техническое понятие превращается в рекламный мираж свободы.




