Ритуалы возвращения: как люди присваивают одно и то же место в городе

Рубрикатор:

1. Концепция исследования
2. Понятие «своего» места
3. Исторический контекст
4. Географический контекст
5. Виды досуга
6. Интервью с посетителями
7. Выводы

В современном крупном городе человек ежедневно сталкивается с множеством публичных пространств, большинство из которых остаются для него обезличенными и функциональными. Однако некоторые места постепенно приобретают особое значение, превращаясь в «свои». Этот процесс перехода от абстрактного пространства к осмысленному месту лежит в основе философии пространства. Одним из ключевых механизмов такого перехода выступают ритуалы возвращения — регулярные, повторяющиеся практики посещения одного и того же городского пространства.

Настоящее исследование посвящено изучению того, как люди через ритуалы возвращения присваивают одно и то же место в городе. Актуальность темы обусловлена растущим интересом к вопросам городской идентичности, эмоциональной привязанности к месту и механизмам формирования чувства принадлежности в условиях высокой социальной неоднородности современных мегаполисов.

В качестве эмпирической базы выбран сад Сан-Галли в Санкт-Петербурге. Этот небольшой сад представляет собой уникальное место контрастов: в нем одновременно сосуществуют родители с детьми, владельцы собак, пожилые люди, «неформальные» подростки, шумные выпивающие компании и случайные прохожие. Здесь переплетаются ритуалы тихого отдыха, выгула собак, игр на детской площадке, а также распития алкоголя, прослушивания громкой музыки и провоцирования конфликтов. Такое разнообразие делает сад Сан-Галли идеальной площадкой для изучения полифонии присвоения — когда одно и то же физическое пространство становится «своим» для одних и остается чужим для других.

Цель исследования: выявить и проанализировать механизмы присвоения городского пространства через повторяющиеся практики возвращения (ритуалы), показав, как абстрактное и обезличенное пространство превращается в значимое «свое место» для разных категорий горожан.

Задачи исследования:

1. Раскрыть теоретические основы понятий «пространство», «место» и «присвоение» в философии пространства и урбанистике.
2. Выделить и классифицировать основные типы ритуалов возвращения в городских публичных пространствах.
3. Выявить, каким образом частота, регулярность и содержание ритуалов влияют на степень присвоения места разными социальными группами.
4. Проанализировать факторы, способствующие и препятствующие присвоению пространства (безопасность, социальное окружение, функциональность, эмоциональная привязанность).
5. На основе эмпирических данных (наблюдений и интервью) показать специфику присвоения одного и того же места (сада Сан-Галли) представителями разных возрастных и социальных групп.
6. Определить различия между простым использованием пространства и его полноценным присвоением.

Гипотеза исследования: регулярность возвращения в одно и то же городское пространство и формирование индивидуальных или коллективных ритуалов являются ключевыми механизмами присвоения места. Чем выше частота посещений и чем более устойчивые ритуалы формируются, тем сильнее человек или группа воспринимает пространство как «свое», даже при наличии негативных факторов. При этом присвоение носит градуальный и избирательный характер: не все посетители в равной степени присваивают место.

Новизна исследования:

— Смещение исследовательского фокуса с традиционного изучения «одноразового» использования пространства на ритуалы возвращения как основной механизм присвоения. — Комплексный анализ одного и того же конкретного места через призму разных социальных групп и практик, что позволяет увидеть полифонию присвоения. — Эмпирическое сочетание наблюдений и интервью, раскрывающее субъективное переживание процесса присвоения «изнутри».

Теоретическая значимость исследования заключается в развитии феноменологического и социально-практического подхода к пониманию места в современном городе.

Практическая значимость работы состоит в возможности использования результатов для: — улучшения качества городских публичных пространств; — разработки рекомендаций по созданию условий для формирования у горожан чувства принадлежности к месту; — понимания конфликтных процессов сосуществования разных групп в одном пространстве.

В ходе сбора материала для исследования, а именно — фотографирования сада, у автора ожидаемо произошел конфликт с его посетителями. Группа из 5 человек отрабатывала трюки на лужайке: делали сальто, в том числе от дерева, удары по пластиковой бутылке в прыжке и т. д. Поскольку происходящее дополнило бы общую картину обстановки в саду, было решено сделать фотографии сначала издалека, затем — ближе. Было впечатление, что съемка была им видна, они не возражали и продолжали упражняться. Однако после обращения к ним за интервью, компания быстро окружила автора, и один из молодых людей, говоря от лица остальных, начал требовать удалить фото у него на глазах — «по-хорошему». Попытки объяснить, для чего нужны фото, и предложение замазать лица результата не дали, общий язык найти не удалось, и он продолжил агрессивно стоять на своем. Остальные поддерживали его, переговаривались и шутили между собой. После удаления снимков и проверки галереи фотоаппарата компания двинулась в сторону выхода из сада, и, уходя, молодой человек пригрозил, что «достанет из-под земли», если увидит фотографии в интернете.

Оказалось, что на одно фото кто-то из них все же попал. Этот общий план столь хорошо передает суть изучаемого сада, что пожертвовать им было нельзя, поэтому фото осталось в исследовании в таком виде — с черными блоками, полностью закрывающими двоих лиц, добавленными на всякий случай, во избежание недопониманий.

Рассмотрим несколько подходов к определению «пространства» и «места».

Понятие «место» было введено в философский оборот еще Аристотелем в его «Метафизике». «Место указывает на то, „где“ совершается действие или претерпевание. То есть это — „где“ бытия, т. е. бытия конкретного сущего, в т. ч. человека, локализованного в пространстве Земли» [1].

И-Фу Туан, Эдвард Релф и Тим Кресвелл связывали понятие места с человеческим опытом, действием, намерением и привязанностью [2]. Пространство же воспринималось как нечто более абстрактное, не имеющее существенного значения из-за отсутствия социальных связей [3].

Дэвид Харви и Эдвард Соджа наоборот считали, что пространство — это не статичное, абстрактное место, лишенное социальных связей, эмоций и смысла. Оно динамично и сконструировано [4].

По мнению Али Маданипура, место — это пространство, наделенное смыслом и ценностями, определяемое культурой, занимаемое человеком или вещью [5].

Смысл, которым наделяется пространство, относится к символическим и воображаемым атрибутам, которые люди имеют в отношении определенного места, здания или городского элемента и того, что они для них представляют. Более того, место воплощается в культурном ландшафте, в котором индивид играет ключевую роль в его формировании [6].

Что означает «присвоение»?

Этот термин первоначально описывался как временное явление, подразумевающее динамический процесс взаимодействия между индивидом и его окружением. Некоторые авторы использовали этот термин для объяснения связи между людьми и местами. Присвоение рассматривалось как врожденная потребность человека, которая может проявляться через деятельность, происходящую в городском ландшафте [7].

Последователь Лефевра Марк Перселл также утверждал, что присвоение позволяет гражданам создавать городское пространство, а не просто использовать уже созданное. Именно присвоение дает жителям право в полной мере использовать и управлять своей повседневной жизнью в городской среде. Грауманн также считает, что присвоение общественного пространства является средством и целью преодоления отчуждения человека [8].

Так, люди временно присваивают те общественные пространства, в которых они чувствуют себя идентифицированными.

Лара-Эрнандес, Мелис и Капуто «определяют присвоение застроенной среды как непрерывную синергию между гражданами и городским ландшафтом, проявляющуюся в конкретных видах деятельности» [9].

Присвоение общественных пространств позволяет гражданам участвовать в создании социального городского пространства, выходя за рамки простого использования уже сформированного городского пространства, предоставляя им право полностью управлять своей повседневной жизнью и использовать ее [10].

Как именно люди присваивают пространство?

«Жители используют общественное пространство как ресурс для выполнения широкого спектра социальных функций: от регулирования движения и поддержки экономической деятельности до проведения развлекательных мероприятий и организации публичных протестов. Все эти виды деятельности предполагают пространственные притяжения, которые не просто „происходят“ в пространстве, а представляют собой временное присвоение этого пространства. Ходьба — наиболее кратковременное пространственное присвоение» [11].

Многофункциональность общественных пространств заключается в их использовании жителями: для прогулок, походов на работу, занятий спортом, уличных развлечений, детских игр и многого другого. По мнению Рэя Ольденбурга, эти пространства становятся «третьим местом», где группы и отдельные лица проводят время между работой или учебой и домом. «Общественное пространство выступает в качестве особой зоны для установления социальных связей и отношений, формирования городских сообществ, различающихся по своему функционированию и целям, а также воспроизведения городских социокультурных практик. Это „третье место“, которое становится фактором формирования городской идентичности и условием эмоциональной привязанности к городу, формирующей чувство принадлежности к сообществу жителей» [12].

Существует три категории видов деятельности, характеризующих присвоение пространства [13]: — Любая деятельность, в которой лицо или группа лиц используют общественное пространство с целью получения экономической выгоды напрямую или косвенно; — Любая деятельность, в которой лицо или группа лиц используют общественное пространство в целях отдыха; — Любая деятельность, в которой лицо или группа лиц используют общественное пространство в религиозных целях.

В данной работе будет рассмотрена досуговый вид деятельности, поскольку в качестве пространства был выбран сад, представляющий собой место отдыха в первоначальном замысле.

Ранее сад представлял собой часть территории обширного комплекса Чугунолитейного и механического завода, основанного здесь в 1853 году. Предприятие принадлежало Францу Карловичу Сан-Галли, который прославился как изобретатель радиатора отопления. Его завод производил оборудование для водоснабжения, канализации и парового отопления.

Сад Сан-Галли несколько раз переименовывали — после революции он получил название «Кооператив» в соответствии с новым названием завода, а в 1920-х годах стал «Садом имени Фрунзе». Историческое имя вернулось к саду только в 2008 году.

Сад всегда был связан с криминалом и пользовался дурной славой. Во многом это связано с тем, что рядом находился Чубаров переулок (ныне — Транспортный), который до начала 1930-х годов был эпицентром местной преступности. 

Наиболее громкая криминальная история произошла в 1926 году — тогда в саду была коллективно изнасилована молодая учащаяся рабфака. Случай получил название «Чубаровщина» или «Чубаровское дело». Насилие совершили более 30 человек, в числе которых было девять комсомольцев и один кандидат в члены ВКП (б). По слухам, после суда над «чубаровцами» завод «Кооператив» (ранее — Сан-Галли) был подожжен неизвестными.

Проект ограды сада создал Иван Иванович Горностаев в 1873 году. В ее основании использован темно-красный гранит, а звенья решетки выполнены в старорусском стиле. Ограда была отлита на заводе Сан-Галли и установлена в 1881 году [14].

Фонтан, названный местными жителями «Рождением Афродиты», появился в саду в 1928 году.

Скульптурная группа была отлита на заводе Сан-Галли в конце XIX века и долгое время украшала особняк Франца Карловича. По одной версии, она была посвящена его утонувшей возлюбленной, по другой — погибшей дочери.

Из-за ошибок, допущенных при литье, на чугунной скульптуре довольно быстро началась коррозия, а дожди и снег только ускорили разрушение. В конце 1990-х годов скульптуру передали на баланс Водоканала. К тому времени авторская поверхность была утрачена уже на 90%.

В 2022 году в саду Сан-Галли вновь заработал фонтан «Рождение Афродиты» — точная бронзовая копия оригинальной скульптурной композиции.

Сейчас сад Сан-Галли представляет собой небольшой озелененный участок в исторической застройке на оживленном Лиговском проспекте.

«Сад Сан-Галли — едва ли не единственное зеленое пятно на унылом и закопченном отрезке Лиговки между Московским вокзалом и набережной Обводного» [15]. В условиях высокой плотности городской застройки и практически полного отсутствия озелененных территорий в данном районе сад выполняет важную роль рекреационного пространства. Для местных жителей он остается одним из немногих доступных мест, где можно укрыться от городского шума.

Кроме того, в непосредственной близости расположены креативное пространство «Этажи» и ТРЦ «Галерея». Из-за этого в сад регулярно приходит много молодежи, в том числе неформальной, что формирует активную и разнообразную социальную среду. Таким образом, Сад Сан-Галли служит не только рекреационным, но и социально-культурным центром микрорайона.