Отражение философии синтоизма в архитектуре современных японских музеев

Введение · концепция, · гипотеза, · критерии отбора материала

1. Путь очищения 1.1. Ворота в храм — тории 1.2. Священная дорога паломников — сандо 1.3. Омовение рук — цукубаи
2. Ками — духовное присутствие 2.1. Материальность 2.2. Сакральность освещения 2.3. Взаимодействие с природой — прозрачность
3. Гармония 3.1. Пустота как наполнение правильной энергией 3.2. Простота как естественность 3.3. Ритм как структура жизни

Японская архитектура всегда отличалась приверженностью и внимательностью к философской концепции, уходящей далеко в традиции прошлого, религиозную историю.

Синтоизм является традиционным вероисповеданием Японии, зародившимся в III веке до н. э. Истоки религии связаны с обожествлением природы, ее почитанием и преклонением перед ней. По философской идее синто, каждый предмет наделен духовной сущностью «ками». Одушевление окружающего мира позволило сформировать подход переживания опыта, нежели изучения явлений, что в свою очередь отразилось в ритуальной культуре страны, а позднее перешло и архитектурную форму, следующую за сценарием использования пространств. Таким образом в храмовой архитектуре отводилось особое место обители духа места, предшествующее самому храму, а также появлялось ритуальное место для подношений и молитв. Храмовые комплексы Японии отличаются широкими масштабами за счет сохранения природы, ландшафта и отдалении от плотной городской застройки.

Отсутствие монументальных форм, парковая структура, пространственная свобода места — ключевые черты архитектурного облика традиционного представления синтоизма, которые и по сей день сохраняются, трансформируются и совершенствуются японскими авторами.

На протяжении долгих веков культура Японии остается в стороне от западного влияния, формируя собственный облик городов и искусства в целом. С середины XVII века даже была введена политика самоизоляции (сакоку), ограничивавшая доступ иностранцев на территорию Японии. Открывшись миру спустя два века, страна стала перенимать западные традиции и в архитектурной среде. Начали появляться новые стили и направления, сочетающие в себе культуры разных стран, европейские архитекторы начинают строить культовые сооружения на территории Японии, и даже «стиль имперской короны» (Тэйкан-дзукури) является сочетанием западного неоклассицизма с элементами традиционной культуры, которые несомненно выходят на первый план.

На мировую арену с собственным сильнейшим влиянием страна выходит после Второй мировой войны во время периода восстановления городов, когда основной задачей было создание недорого и быстрого жилья. В этот же период идеи запада и востока начинают двигаться в модернистском направлении «дом как машина для жилья», однако Япония создает собственно течение метаболизма, все больше внося вклад в развитие мировой архитектуры.

Отдельно можно выделить влияние технологий на архитектуру Японии, новые материалы привносят новое прочтение древнейшим ценностям. Таким образом страна одновременно осваивает высочайшие научные достижения и стремиться сохранить идентичность традиции после разрушительного удара войны.

Постепенно меняется подход и к музейной архитектуре. От хранения и демонстрации экспонатов идея музейного взаимодействия смещается в сторону создания «опыта», соединения с природой, а также появляется практика медитативных пространств. Данные процессы происходят именно в Японии по нескольким причинам. Во-первых, данные идеи напрямую выражают основы традиционной религии с идеей почитания природных духов ками. Во-вторых, цифровизация играет немаловажную роль в подобном концептуальном подходе, и именно в Японии технологическая составляющая позволила внедрить новейшие разработки в общественное производство и использование.

В сочетании опыта древней культуры и технологического преимущества зарождается уникальный подход к архитектуре музейных и выставочных пространств. «Музейная архитектура должна способствовать возрождению традиций культуры, противопоставляя процессам глобализации яркую национальную идентичность»[4,56]

Таким образом, японские архитекторы смещают фокус на внутренний мир человека, работу с эмоциями и духовным опытом, используя традиционные идеи взаимодействия с окружающем миром.

Именно в среде искусства, истории и общественных пространств, мне кажется, наиболее полно можно рассмотреть принципы древнейших философских начал, связанных с трепетным отношением к живому миру, собственным истокам и величию природы.

В начале исследования важно обратиться к ключевым идеям синтоизма, понять приоритетные направления, влияющие на образ жизни, мысли и искусство страны. Далее останавливаясь на отдельных элементах традиционной философии, я буду рассматривать архитектуру современных музеев и выставочных пространств, в первую очередь обращаясь к работам японских архитекторов на территории родной страны. Научные статьи в области изучения современного искусства и музейного проектирования как в мировой практике, так и Японии помогут отобрать релевантный визуальный материал, дополняемый собственными примерами.

Несмотря на желание поставить в центр внимания исследования современную архитектуру 21 века, временные рамки подобранного материала были смещены и в перо 90-х годов 20-го века, что связано с глобализационными процессами во всем мире в 1980-1990-х годах. В Японии отмечается масштабное и интенсивное строительство, эксперименты с формами и стилями, и увеличение количества креативных архитектурных объектов [1]. По итогу этот период строительной индустрии Японии оставил потомкам наследие в виде самых необычных стилистических решений.

В данном исследовании мне хочется выяснить, какую форму обретают философские мотивы синтоизма в направлении музейного и выставочного искусства. Важно узнать, есть ли взаимосвязь между функцией музея и пространством, созданным для него, какие новые смыслы и идеи возникаю при проектировании выставок и как именно они связанны с традиционной религией.

В синтоизме главное — это не «очистить разум от мыслей», а удалить скверну (кэгарэ) — всё, что связано с болезнью, смертью, гниением и хаосом. Однако в синтоизме нет понятия «первородного греха»; очищение всегда возможно. Более того, ками не наказывают — человек просто теряет их защиту, пока не очистится. Путь очищения в синтоизме — это не только внешний ритуал, но и внутреннее намерение восстановить гармонию с природой и божественным миром. Гармония — это когда мир наполнен правильной энергией, а не когда он пуст [5]

Ворота тории символизируют незримый порог, за которым мир земных людей сменяется духовным пространством богов (ками). Проходя под воротами, человек оставляет суету, очищает мысли и готовит себя к общению с божеством.

Арки с горизонтальными перекладинами — тории, символизировали входную часть в святилище и служили разделением между внешним миром и священным пространством, незримый порог, за которым мир земных людей сменяется духовным пространством богов (ками). Проходя под воротами, человек оставляет суету, очищает мысли и готовит себя к общению с божеством.

Хотя в современной японской архитектуре редко можно увидеть примеры использования данной формы, она является основополагающей для традиционных комплексов. Наибольшим формальным сходством обладает Музей Эдо-Токио архитектора Киёнори Кикутакэ, который символизирует связь прошлого с будущем, а также отсылает к диалогу исторических эпох.

В более современных вариантах ворота приобретают вариант инсталляций, однако в полной мере сохраняют первоначальную идею и функцию входной зоны, располагаясь чуть в отдалении от здания музея и направляя посетителей.

Структура приобретает более прозрачный конструктивный, обращая внимание в большей мере на символизм, нежели на архитектурную составляющую, не отвлекая зрителя от ключевого музейного комплекса.

В переводе с японского сандо означает «дорога для посещения» или «путь паломника», который начинается за главными воротами тории и ведет в синтоистское святилище. Прогулка по священной дороге — это уже часть ритуала, а не просто способ добраться до главного здания. Сандо — это не просто дорога, а продуманное парково-архитектурное пространство: путь к божеству часто украшают каменными фонарями (Торо), высаживают сосны, криптомерии или другие деревья, создавая тенистый коридор, изолирующий посетителя от внешнего мира. Все это создает торжественную и умиротворяющую атмосферу.

Нередко идея поломнического пути выражается в преодолении не только самого расстояния, но и рельефа местности, поэтому много синтоистских святилищ строятся на холмах, задействуя большую площадь окружающей территорий под парковое пространство. Примеры музейной архитектуры следуют данной философии и также предлагают зрителям прогулку по холмам прежде прямого взаимодействия с искусством.

можно добавить teshima art museum

Термином «цукубаи» изначально называют каменную чашу для воды, напоминающую небольшой бассейн, вокруг которой выстраивают целую архитектурную композицию из камней. Хотя чаши цукубаи часто расположены на территории синтоистских храмов, их «родным» местом считается японский чайный сад, где они являются неотъемлемой частью ритуала очищения перед чайной церемонией, что перешло в ритуал омовения перед посещением божественного места.

Считается, что такое очищение смывает не только внешнюю грязь, но и ритуальную скверну, позволяя предстать перед ками в чистоте.

В музее, созданном по проекту Тадао Андо, идея омовения принимает новое прочтение и посетитель, не соприкасаясь с водной поверхностью, проходит сквозь нее во время спуска вглубь пространства, что символизирует полное очищение и готовность принять музейный мир, а также формально соотносится с традиционной формой чаши.

Более распространенная форма передачи идеи омовения представляет из себя довольно простое замкнутое пространство, совмещая идеи медитативного отдыха и самопознания с прозрачностью и очищением.

Схожий принцип формообразования с довольно закрытой системой и совмещением природности не сколько в окружении, но в материалах использовался в ранних цукубаи Японии.

Ритуал очищения может проявляться не сколько формальным сходством и принципом, но просто водной гладью, окружающей пространство, уже самой по себе создающей некоторое изолированное чистое пространство, отделенное от внешнего мира.

Основа синтоизма — это вера в ками, духовную сущность или божественную силу, присущую всему в природе. Ками присутствует повсюду: в скалах, реках, деревьях, животных и явлениях, и даже в выдающихся людях или духах предков. Это не всемогущий единый бог, а скорее жизненная энергия, которую следует уважать. Главный духовный принцип синто — жизнь в согласии с природой и людьми. Цель человека — не властвовать над миром, а мирно сосуществовать с ками, природой и другими людьми, стремясь к гармонии во всем. Основное внимание уделяется этому миру, земной жизни и повседневным ритуалам и практикам. Поскольку ками присутствует здесь и сейчас, сакральное не отделено от обыденного — оно проявляется в красоте природы, в чувствах благоговения, восхищения и благодарности, которые человек испытывает к миру.

Материальность в синтоизме связана с представлениями о том, что божественные сущности (ками) могут воплощаться в материальных объектах, а священные пространства и предметы играют ключевую роль в религиозной практике.

Почитание природы достигается за счет материальности в архитектуре. Использование натуральных элементов отсылает к традиционным структурам, которые порой тоже становятся особенностью музея.

Музей, расположенный в горной местности выполнен из местного кедра, который окружает все место проектирования, для создания внешнего единства и гармонии.

Архитектура святилища призвана отражать присутствие божественного и природного света в его первозданной чистоте. Настоящий синтоистский алтарь — это сама природа, где боги (ками) присутствуют повсюду: в свете молнии, в густой хвое деревьев, в потоках ручьев. Храм, как дом божества, должен быть чистым и светлым, чтобы радовать ками. Символика света в синтоизме глубоко укоренена в противопоставлении света и тьмы. Таким образом, освещение в синтоистском храме — это многогранный символ, связанный с верховным божеством, космическим порядком, чистотой и первозданной природой света [10].

Полумрак в освещении часто создает сакральное ощущение присутствия божеств и позволяет посетителю сосредоточится на ритуалах в святилище или на экспозиции в музее.

«Прозрачность» может относиться к чистоте воды, воздуха, света, а также к метафорической прозрачности — отсутствию препятствий между человеком и ками, искренности и естественности. «Прозрачность» также означает чистоту восприятия, при которой человек видит природу не как «ресурс» и не как «пейзаж», а как непосредственное явление божественного. Главный принцип синтоизма заключается в гармоничном сосуществовании природы и людей. По представлениям синто, мир являет собой единую естественную среду, где божества-ками, люди и души умерших обитают рядом.

В синтоизме понятие пустоты имеет особый сакральный смысл и связано с идеей божественного присутствия. Пустота не воспринимается как отсутствие чего-либо, а, наоборот, заключает в себе энергию, потенциал и возможность взаимодействия с духовным миром В синтоизме существовало понятие священного пустого пространства перед храмом, где, по представлениям верующих, обитали боги. Такое место обычно огораживали соломенной верёвкой и засыпали белой галькой, здесь люди возносили молитвы и приносили в жертву богам рис или рисовое вино. Таким образом, пустота здесь не была недостатком, а выступала как место, наполненное божественным смыслом.

Одна из ключевых концепций, унаследованных японской культурой от синтоизма, — кансо, которая означает простоту, лаконичность и естественность. Эта эстетика проявляется в разных аспектах жизни. В архитектуре синтоистских святилищ ценится простота и естественность материалов. Храмы часто строят из дерева без использования краски или лака, чтобы сохранить естественный вид материала. Формы зданий лаконичны, лишены излишней декоративности, например, ворота тории, которые символизируют границу между мирским и сакральным пространством. Простота как естественность в синтоизме — это не просто эстетический принцип, а философская основа, которая призывает видеть мир как священное пространство, требующее уважения, заботы и осознанности [13].

Творения архитектуры, основанные на традициях японской культуры, являются уникальными и позволяют ввести не только духовность и красоту, но и вернуть человеку утерянные связи с окружающим миром природы. Обращение к национальным традиционным идеям синтоизма помогает по-новому взглянуть на окружающий нас мир, осознать роль и значение природы в нашей жизни. И японская модель отношения к природе, призывающая к тонкому и бережному взаимодействию и слиянию с ней, оказываются очень актуальными и созвучными настроениям современного человека, задумавшегося о дальнейшей судьбе мира.

Основные идеи и концепции синтоизма практически в полной мере сохраняются в архитектурных форма современности, приобретая уникальный в мировом масштабе взгляд на взаимодействие со зрителем, ставя в центр внимания не экспозицию и произведения искусства, но опыт, переживаемый зрителем, делая пространства сакральными за счет следования религиозной архитектуре и принципам страны.