Оптика Жути: Восприятие Страха через Объектив Современной Фотографии

............................................................................Концепция ................................................................................................ .............................................Хироси Сугимото «Театры» ................................................................................................................................................................Кирилл Савельев ................................................................................................ ............................................................Каати Пуолакайнен ................................................................................................ .......................Каролина Дутка и Валентин Сидоренко ................................................................................................ ...........................................................Маресий Иващенко ................................................................................................ .........................................................................Kincső Bede ................................................................................................ .........................................................................Заключение ................................................................................................

Современная фотография, будучи многогранной формой искусства, обладает уникальным потенциалом не только к рефлексии над действительностью, но и к глубокому воздействию на психоэмоциональную сферу зрителя. Среди всего спектра вызываемых ею переживаний, страх занимает особое место, будучи одной из фундаментальных человеческих эмоций. Визуальные нарративы, транслирующие ощущение жути, тревоги и экзистенциального дискомфорта, не просто фиксируют определенные образы, а также активируют сложные когнитивные и аффективные процессы, ставя под сомнение устоявшиеся представления о безопасности, порядке и самоидентификации. Изучение механизмов, посредством которых фотография конструирует и транслирует страх, приобретает особую актуальность в контексте современной визуальной культуры, в которой образ становится ключевым инструментом коммуникации, а потребность в понимании глубин человеческой психики и культурных факторов, формирующих наши страхи, становится все более насущной.

Для исследования отобраны фотографии, которые нацелены на создание чувства жути и тревоги. Эти изображения были выбраны из ряда источников, включая современные фотокниги, журналы современной фотографии, а также выставки, посвященные темным аспектам человеческой природы и в том числе окружающего мира. Важным критерием отбора станет способность изображения вызывать эмоциональный отклик и его визуальная сложность.

Принцип рубрикации основан на тематическом и стратегическом анализе работ современных фотографов, объединенных их подходом к конструированию и передаче страха. Вместо хронологической или индивидуальной классификации, я структурирую материал по визуальным стратегиям, направленным на дезориентацию зрителя, деформацию реальности и проекцию внутренних тревог.

Для подкрепления анализа будут использованы текстовые источники, такие как статьи по теории фотографии, психологические исследования страха и восприятия.

Ключевой вопрос исследования заключается в следующем: как и почему современные фотографические образы вызывают чувство жути? Гипотеза исследования: чувство жути в современной фотографии возникает предсказуемо, когда снимок использует повторяющиеся визуальные маркеры (пустое/покинутое пространство, скрытые или деформированные лица и тела, резкий искусственный свет, ритуальные коды), нарушающие ожидания зрителя о нормальности тела, пространства и «агентности» (кто-то наблюдает/кто-то действует). Это запускает механизмы такие как: тревога наблюдения и неопределённой угрозы.

Данное исследование стремится не только раскрыть механизмы передачи страха через фотографию, но и понять, какую роль такие образы играют в современном обществе, а также каким образом они отражают и формируют наши страхи и тревоги.

Хироси Сугимото — один из выдающихся современных фотографов, который создал ряд известных фотосерий. Одна из таких серий называется «Театры», где он запечатлевает двухчасовые кинофильмы в одном единственном кадре.

В 1978 году Хироси Сугимото начал работу над серией «Театры», фотографируя классические американские кинотеатры 1920-30-х годов, а затем — открытые площадки и старые театры Европы, включая полуразрушенные. Используя крупноформатную камеру и штатив, он открывал затвор в начале фильма и закрывал только с титрами. Единственным светом служил кинопроектор, освещая экран, элементы интерьера и зрительские места. Из-за длинной выдержки все остальное исчезало, создавая сюрреалистический эффект. Сугимото отмечает, что яркость экрана варьируется: оптимистичные фильмы дают яркий свет, грустные — темный, оккультные — очень темный.

Фотосерия «Театры» исследует текучесть времени и визуальное восприятие, вызывая чувство жути через изображения пустых кинозалов. Пустые ряды сидений, освещенные лишь светом экрана, создают атмосферу одиночества. Это отсутствие жизни вызывает подсознательный страх, связанный с исчезновением человеческого присутствия. Ощущение покинутости и тишины в таких пространствах заставляет задуматься о временности бытия и уязвимости.

Визуальные элементы, такие как контраст света и теней, усиливают чувство неуверенности, отражая внутренние страхи и тревоги, присущие современному обществу.

Кирилл Савельев, выпускник Школы Родченко, запечатлевает повседневную жизнь городов, особенно родного Воронежа. Через его объектив обыденность российской провинции предстает как ирреальный мир. Фотограф фиксирует фрагменты и случайности, стремясь осмыслить окружающие системы.

Фотографии Кирилла Савельева благодаря их способности раскрывать пугающие элементы в обыденности через позы и присутствие странных персонажей. Работы представляют собой своеобразный театр абсурда, где человек ведет борьбу с повседневной рутиной и окружающим его миром вещей. В этих сценах декорации приобретают почти оживший характер, становясь активными участниками действия, что создает иллюзию их противостояния с главным героем.

На фотографиях Савельева часто появляются загадочные персонажи, которые либо занимают центральное положение в композиции, либо скрываются в тени, создавая эффект подсматривания. Такие образы вызывают у зрителя чувство дискомфорта и странного напряжения, словно кто-то незримо наблюдает за нами из укромного уголка. Это ощущение усиливается благодаря особой композиции и игре светотени, которая акцентирует внимание на неожиданных деталях, заставляя нас пересматривать привычные сцены под новым углом.

Эти странные персонажи и сценки напоминают о том, что в повседневной жизни существует множество скрытых аспектов, которые мы не всегда замечаем. Савельев, как фотограф, выступает в роли хроникера этого ирреального мира, где привычные вещи начинают жить собственной жизнью.

«Сложность в отношениях между вещами воплощается в нетипичной для практики ориентации произведений, требующей некомфортных, стесненных и непривычных положений тела, поз, наклонов голов. Идеи, мысли и рассуждения уступают место телесному событию, которое связывает вопрос о реальности того, что присутствует в фотографическом изображении, не с предметным миром, но с аффективными состояниями и переживаниями неприкаянности и неустроенности современной жизни. И если современный реализм — это „объективная фиксация давления реальности на психику человека“, то фотографии Савельева предельно реалистичны, даже не несмотря на, а именно благодаря странности и небывалости их сюжетов», — Алексей Масляев о фотографиях Кирилла Савельева.

Работы Савельева не только визуально привлекают, но и стимулируют к размышлениям о природе восприятия и взаимодействии человека с окружающей средой. Они вызывают в нас чувства, которые сложно выразить словами, но которые легко ощутимы в виде легкой тревоги и непонятного беспокойства. Эти чувства и делают его фотографии идеальным материалом для исследования пугающих аспектов в повседневной жизни, раскрывая сложные отношения между человеком и миром вокруг него.

Родилась в 1984 году в Мончегорске, Мурманская область. С 2018 года обучается в школе Докдокдок. С 2019 года проживает и работает в Санкт-Петербурге.

«Фотография не лжет, она констатирует: „Состояние тяжелое. Прогноз неблагоприятный“. Слабое тело реальности надежно сокрыто саваном медиа.», — Каати Пуолакайнен о своей серии работ.

Каати Пуолакайнен в своем проекте, использует куклы как средство создания дискомфортного ощущения. Куклы, сфотографированные со вспышкой, вызывают у зрителя чувство, напоминающее сонный паралич: когда кажется, что они оживают и следят за ними. Эти образы перекликаются с детскими страхами и создают атмосферу, в которой зрителю некомфортно и тревожно.

В серии «Космическая женщина» Каати создает образы, которые кажутся почти инопланетными, вызывая ощущение встречи с чем-то чуждым и пугающим. Эти фотографии в своей необычности бросают вызов нашим привычным представлениям о реальности и самих себе при просмотре ощущается тревога наблюдения.

Художники, работающие с фотографией, видео и текстом. С 2019 года живут и работают в Молдове.

Каролина любит экспериментировать и ходить по краю жанра. Сидоренко обожает копаться в найденных архивах и играть в детектива. В своих работах они создают сакральные миры, наблюдают слом привычного хода вещей, при которых нарушаются границы добра и зла, жизни и смерти. В этом разорванном мире они пытаются образовать связи через искусство.

«Ничейная свадьба» служит метафорическим зеркалом, отражающим символы, обряды и ритуалы, которые издавна изображают жизнь и смерть. В своей работе Валентин и Каролина использовали сказочную структуру, в которой скрыты архетипы и мифологические сценарии — коды, помогающие понять экзистенциальные мотивы войны. В этом повествовании мужчина отправляется на войну, словно на свадебное торжество, вступая в мир мёртвых с добровольным стремлением обмануть смерть: он прячется от неё, смеясь в слепоте. Он собирает ракушки — древний символ крещения, но вопрос остаётся: достоин ли он причастия, если его купель полна земли?

Совмещение множества тем, особенно мифологических и ритуальных мотивов, а также сочетание свадьбы и смерти, становится пугающим и страшным. Страх, вызываемый фотографией, является результатом сложного взаимодействия визуальных элементов, психологического восприятия и культурных контекстов, создающих мощный эмоциональный отклик.

Маресий Иващенко, родившийся во Владивостоке, в своих работах он исследует акселерационизм, создавая спекулятивные нарративы и неопределённость. Его интересует, как визуальный язык может отразить рост и крах семантического капитализма. Гиперироничность усиливает ощущение неопределённости и тревоги.

Маресий Иващенко, вдохновлённый идеями акселерационизма, создает произведения, где растянутые заблюренные лица его героев вызывают чувство тревоги и неопределённости. Иващенко исследует, как визуальный язык может отразить процессы, добавляя гиперироничность, которая усиливает сложность интерпретации. Такие визуальные образы создают мощный эмоциональный отклик, вызывая жуть и лиминальность.

Кинчё Беде — румынская художница с венгерскими корнями, чьи работы исследуют сложное переплетение истории и памяти. Кинчё создаёт визуальные нарративы, вызывающие размышления о передаче исторической памяти и её влиянии на современное общество. Её творчество исследует границы между личным и коллективным, прошлым и настоящим, предлагая зрителю переосмыслить восприятие истории и её отражение в настоящем.

Работы Кинчё Беде, особенно в серии «Три цвета, которые я знаю в этом мире», перекликаются с исследованием странности и неопределенности, создаваемых через визуальные образы. В её фотографиях можно увидеть скрытые лица, иногда прикрытые зеркалами или головными уборами, что вызывает чувство мистики и загадочности. Работы Кинчё исследуют, как визуальный язык может выражать сложные эмоции и исторические травмы, передаваемые через поколения. Беде стремится показать, как каждый новый слой визуальной интерпретации добавляет глубину пониманию исторического контекста.

Проведенное исследование подтверждает, что современные фотографические образы вызывают чувство жути не как случайный эффект, а как результат целенаправленного конструирования. Страх, генерируемый фотографией, действительно возникает из комплексного взаимодействия визуальных стратегий (композиция, свет, деформация) и психологических механизмов восприятия, усиленных культурными контекстами. Фотография выступает не только как зеркало, но и как активный катализатор, отражая и формируя наши глубинные тревоги. Таким образом, выявленные механизмы передачи страха демонстрируют значимую роль таких образов в осмыслении и переживании современных страхов и тревог в обществе.