Звуковой ландшафт заброшенных мест

— Оглавление

— Описание концепции

— Определение звукового ландшафта

— Заброшенные места

— Антропогенные и природные факторы

— Отсутствие слышащего субъекта

— Заключение


— Библиография

— Источники изображений

Заброшенные места обладают уникальной атмосферой, где прошлое и настоящее переплетаются, создавая специфический звуковой ландшафт. Исследование звуковых изменений, происходящих в таких местах, позволяет понять акустические характеристики этих территорий и изучить происходящие в них изменения под воздействием антропогенных и природных факторов.

Выбор темы обусловлен уникальностью звуковых изменений, происходящих в заброшенных пространствах. Изучение акустики таких мест позволяет рассмотреть то, как природа и исчезновение человеческого фактора постепенно изменяет акустическую среду, что имеет важное значение для звукового искусства, экологии и урбанистики.

Звуковой ландшафт этих мест подвержен постоянным изменениям под воздействием различных факторов. Как, например, человеческое вмешательство может значительно изменить акустическую обстановку, так и природные изменения имеют свое влияние.

Изучение этих процессов позволит предсказать, какие изменения могут произойти в будущем и какое это окажет влияние на акустическую среду, ведь сегодня особенно актуален вопрос акустической экологии и ее загрязнения. Особый интерес также представляет аспект отсутствия слышащего субъекта в этих местах. В отличие от обитаемых территорий, где формирование звуковой атмосферы тесно связано с человеком, звучащим и слышащим, то в забытых местах концепция звучания ставится под вопрос, то есть, неочевидным становится само определение звучащего, которое выходит за рамки человеческого слуха.

Об этом говорил и Р. Мюррей Шейфер, описавший значение звукового ландшафта — в его определении это композиция звуков, воспринимаемых человеком в окружающем пространстве. В этом исследовании я хочу рассмотреть значение забытых мест в акустической теории через их взаимодействие с человеком, природой и временем, а также изучить их влияние на настоящее и будущее экоакустики.

Реймонд Мюррей Шейфер, канадский композитор и исследователь популяризировал новый термин «звуковой ландшафт» в рамках своих работ, посвященных формированию культуры слуха. Определение саундскейпа заключается в системе элементов окружающей среды, а также субъективном восприятии этой композиции человеком.

Помимо природных, имеют значение и звуки, созданные человеком и его деятельностью, такие как транспорт, промышленный шум, музыка, разговоры и прочие звуки, связанные с человеческой активностью.

Изучение звукового ландшафта помогает понять взаимодействие человека с окружающей средой, влияет на восприятие пространства и может быть использовано в различных сферах от экологии и урбанистики: исследователи записывают и анализируют звуки в разных экосистемах, чтобы отслеживать изменения в популяциях животных и растений, до различных видов искусства — создания инсталляций или использования полевых записей в музыкальной композиции.

Возвращаясь к Шейферу, в своей работе «The Soundscape» он вводит несколько ключевых понятий, таких „ключевые звуки“ (keynote sounds), „сигналы“ (signals) и „звуковые марки“ (soundmarks).

Звучание любого места можно категоризировать по этому принципу: ключевые звуки представляют собой скорее фоновый шум, который является неотъемлемой частью звукового ландшафта, но часто остается незамеченным. Сигналы — это звуки, которые привлекают внимание и несут информацию. Звуковые марки — это уникальные звуки, ассоциирующиеся с определенным местом или сообществом.

Также, Шейфер рассматривал проблему звуковой экологии в контексте звукового ландшафта. Он предлагает концепцию «акустической экологии» (acoustic ecology), направленную на изучение взаимоотношений между людьми и их звуковой средой, и того, насколько деструктивно влияет антропогенный фактор на изменения в саундскейпе.

Часто выходит так, что индустриализация и урбанизация приводят к звуковому загрязнению и утрате первичного звучания, но бывает и наоборот — человек покидает место, его след стирается и роль звучащего переходит к природе. Заброшенные места — это территории или объекты, которые в настоящее время оставлены без прямого назначения, их звучание меняется вместе с окружающей средой, что особенно интересно в контексте экоакустики.

Забытым может стать абсолютно любое место — промышленные фабрики, бывшие жилые дома и помещения, транспортные объекты и так далее. Такие пространства представляют собой уникальные объекты для исследований, исторических реконструкций, а также для творческих и художественных проектов. Они часто привлекают внимание художников и исследователей, стремящихся запечатлеть и изучить следы прошлого.

В пример из области искусства можно привести работу «Infra» Ричарда Моссе. Это фото-проект, посвященный оставленным и разрушенным местам в ходе военного конфликта в Конго. Он переосмысляет деструктивный характер запечатленных мест, но использует инфракрасный фильтр, превращая их из потерянных в почти волшебные и сказочные.

Звуковой ландшафт заброшенных мест формируется под влиянием как антропогенных, так и природных факторов. Каждый из этих факторов вносит свой вклад в уникальную звуковую атмосферу таких мест.

Человеческий след в таком оставленном месте может влиять на то, как звук отражается от поверхностей, или то, как присутствие инородного тела альтерирует естественные звуки местности — ветер задувает внутрь, капли дождя падают на металлические или пластиковые поверхности.

Например, английский музыкант Крис Уотсон записал целый альбом, используя саундскейп ныне заброшенного в Мексике поезда. Радиопрограмма, в которой было представлено произведение, описывалась как «захватывающее акустическое путешествие через сердце Мексики от Тихого океана до побережья Атлантического океана с использованием архивных записей для воссоздания железнодорожного пассажирского сообщения, которого больше не существует».

В этом альбоме воссоздано путешествие «поезда-призрака», навевающее воспоминания о недавнем прошлом, запечатлевшее атмосферу, ритмы и звуки человеческой жизни, дикой природы и само путешествие.

Несмотря на то, что место изучения уже давно перестало быть живым, мы можем отследить путь его разложения — от продукта индустриализации до становления частью природы и сливания с ветром, шелестом листвы и пением птиц, звучание которых раньше было даже не расслышать.

Однако, не только антропогенный или индустриальный фактор влияет на саундскейп забытого места, но и природный. Окружающая среда продолжает свое существование, есть человек или нет, физически и акустически покрывая собой созданное людьми. Как упоминалось ранее, оставленность позволяет месту вернуть свое первоначальное звучание, которое существовало до прихода человека, но его присутствие все равно не остается незамеченным — вырастет новое дерево и заглушит эхо в разрушенном пространстве, или птицы совьют гнездо на старой крыше — природа и оставшееся от людей будут постоянно влиять друг на друга.

Если вернуться к самому определению саундскейпа, Шейфер говорил, что звуковой ландшафт формируется и воспринимается человеком. В отсутствие слушателя, звуковая среда перестает быть интерактивной, так как нет человека, который бы реагировал на звуки и интерпретировал их.

Это ставит под вопрос саму концепцию звучания в таких местах, поскольку звуки больше не имеют непосредственного слушателя, который бы их воспринимал как звучащие. Здесь возникает вопрос: звучит ли то, что мы не слышим? Издает ли звук упавшее в лесу дерево? С одной стороны, ответ — да, ведь формируются механические колебания.

Но звук — это восприятие этих колебаний человеческими органами слуха. Джордж Беркли в 18  веке разработал субъективный идеализм, метафизическую теорию, отвечающую на эти вопросы, она была сформулирована так: «быть — значит быть воспринимаемым». Согласно нынешней теории, вещество отличается от своих свойств, тогда как согласно теории связки, объект — это просто его чувственные данные.

Упрощенное определение звука — это слышимый шум. Дерево издаст звук, даже если его никто не услышит, просто потому, что его можно было услышать. Это касается и звучания забытых мест, акустическое пространство в которых существует, слышим мы его, или нет.

Первое, что следует отметить — это важность заброшенных мест для понимания акустической экологии. Исследование звукового ландшафта этих пространств позволяет выявить, как природные и антропогенные факторы взаимодействуют, формируя уникальные звуковые сочетания.

Забытые места предоставляют возможность изучить то, как природа восстанавливает свое звучание, когда человеческое присутствие исчезает. Такие места имеют значительное культурное и художественное значение, они позволяют нам переосмыслить свое прошлое и осознать оставляемый человеком след.

Саундскейп будет непрерывно меняться, и однажды, возможно, вернется к изначальному, но появятся новые, возможно еще не существующие места, которые останутся и будут звучать без нас.